Шелонская битва 14 июля 1471 г. : к вопросу о тактике московских войск и участии засадной татарской рати

Автор: Несин М.А.
Журнал: История военного дела: исследования и источники

Победа московского войска над многочисленным новгородским ополчением в знаменитой Шелонской битве сыграла значительную роль в централизации Русского государства вокруг Москвы. Ее без преувеличения можно назвать одним из самых важных и знаменитых сражений в отечественной истории XV в. Это понимали современники, уделившие событию значительное внимание в летописании, не проходят мимо него и историки, изучающие эпоху образования единого Российского государства. В общих чертах ход и итог битвы хорошо известен. В начале июля московские войска под руководством великокняжеских воевод Д.Д. Холмского и Ф.Д. Хромого захватили Русу, разбили около нее и у Коростыни две новгородские судовые рати, а затем направились к Демьянску1. Однако великий князь Иван III послал их оттуда на реку Шелонь для соединения с псковичами, против которых в это время двинулось и новгородское ополчение. Москвичей, по оценкам летописей, было сравнительно немного, обычно приводятся цифры от 4 до 5 тысяч человек. Рать новгородцев же будто бы достигала от 20 до 40 тысяч, правда, по свидетельствам летописцев, эти цифры брались со слов пленных. Современные исследователи с недоверием относятся к подобным оценкам численности новгородского ополчения2. Достаточно сказать, что оно уже понесло потери при поражении двух судовых ратей в Приильменье и выделило какое-то число людей в судовую рать, отправленную на Двину. Можно лишь с уверенностью констатировать, что новгородцы заметно превосходили числом московское служилое воинство. Оба войска шли вверх по Шелони, москвичи по правому берегу, новгородцы по левому, к вечеру 13 июля они заметили друг друга, но сразу биться не стали и остановились на ночь. Но следующий день, воскресным утром, москвичи решительно форсировали реку и быстро разгромили многочисленное новгородское ополчение. Читать далее

Сражение под Русой 3 февраля 1456 г. : место боя и тактика московских войск

Автор: Несин М.А.
Журнал: История военного дела: исследования и источники

Сражению новгородцев и москвичей под Русой в феврале 1456 года в историографии уделялось крайне мало внимания. Между тем, разгром новгородского ополчения имел важное историческое значение — Новгород вынужден был подписать тяжелые для него условия знаменитого Яжелбицкого мира. В результате позиции великого князя в различных сферах управления республикой заметно усилились, новгородцам было запрещено принимать у себя его неприятелей. Последнее, надо полагать, и послужило основной причиной похода. Укрепившись на московском престоле после долгой борьбы, Василий Темный решил посчитаться с непокорным Новгородом, самовольно приглашавшим к себе на княжение его врага Дмитрия Шемяку, а после смерти последнего — его родственников. Читать далее

Образ московского удельного князя XV века в отечественной историографии и источниках. Опыт сравнения

Автор: Кинёв Сергей Леонидович
Журнал: Вестник Томского государственного университета. История

Современная историческая наука в России, когда речь идет о времени образования единого русского государства, оказывается в весьма сложном положении. Данный период и связанные с ним проблемы относятся к числу наиболее мифологизированных. Еще в 1918 г. А.Е. Пресняков указывал на то, что история Руси XIV—XV вв. «стала жертвой теоретического подхода к матерьялу, который обратил данныя источников в ряд иллюстраций готовой, не из них выведенной схемы» [1. С. V]. Исследователь констатировал, что значительная часть материала по этой причине выпала из поля зрения историков, оказались разорванными связи между событиями, а их хронологическая последовательность нарушена. А.Е. Пресняков показывал на конкретных примерах явление, которое М.Д. Присёлков в 1940 г. обозначил как «потребительское отношение к источникам» [2]. В частности, он попытался обратить внимание на то, что большинство историков к тому моменту использовало в основном Никоновскую летопись (время создания 1520—1560-е гг.), «нарочитую переделку», по определению историка, а также зависимый от неё текст В.Н. Татищева. О последнем от себя можем добавить  и недостоверный. Упомянутые произведения лучше всего подходят для иллюстрирования заранее заготовленных схем русской истории XIV—XVI вв. И если выдающийся исследователь средневековой Руси, работавший в начале XX в., критиковал представителей так называемой государственной исторической школы, то М.Д. Присёлков также касался и проблем советской исторической науки. Читать далее

Смута на Руси во второй четверти XV в.

Автор: Михайлова И.Б.
Журнал: Вестник Санкт-Петербургского университета. История 2004

Более двух веков историки пытаются выяснить причины, понять характер, оценить последствия кровавой Смуты, потрясший Русь во второй четверти XV в. В историографии XVIII — XIX вв. ее трактовали как последнюю в «удельные» времена и единственную в Московском княжеском доме усобицу.1 По мнению ученых, причиной вражды Калитовичей стали разногласия по поводу принципа наследования власти: старинного родового или шедшего ему на смену семейного (от отца к сыну).2 Некоторые исследователи усматривали в событиях второй четверти XV в. отражение борьбы двух начал: децентрализаторского «удельного» и монархического — государственного.3 Однако уже М. Ф. Владимирский-Буданов, В. О. Ключевский и С. Ф. Платонов обратили внимание на активное участие в княжеских распрях народа. «За Василия же Васильевича стояло большинство населения, духовенство и боярство… народ уже оценил преимущества семейного наследования, ведшего к установлению единовластия, желаемого страною», — писал С. Ф. Платонов.4 Читать далее

Поход 1483 г. и его место в истории русско-сибирских отношений

Автор: Маслюженко Денис Николаевич , Рябинина Елена Алексеевна
Журнал: Вестник археологии, антропологии и этнографии 2014

Поход 1483 г. в Сибирь вызывал и продолжает вызывать интерес исследователей. К нему обращались С.М. Соловьев, А.А. Дмитриев, В.В. Каргалов, А.И. Плигузов, А.Т. Шашков, отчасти в своих исследованиях его затрагивали и авторы этой работы, а также А.В. Парунин. В последнее время некоторые события этого похода были пересмотрены Д.М. Исхаковым. Неоднократное обращение исследователей к этому событию вполне объяснимо. Согласно замечанию А.И. Плигузова, этот поход, по сути, ознаменовал третий период «русского открытия Сибири», который завершился ее присоединением к Московскому государству [1987, с. 47]. Учитывая возникшие в литературе дискуссии, необходимо вновь вернуться к обсуждению имеющейся источниковой базы.

Читать далее

Этнический состав сельского населения Шелонской, Деревской и Бежецкой пятин в конце XV в

Автор: Чибисов Борис Игоревич
Журнал: Палеоросия. Древняя Русь во времени, в личностях, в идеях 2017

Исследователи неоднократно подчеркивали полиэтничность населения средневековой Новгородской земли. Однако если её ранняя этническая история основательно изучена историками и археологами, то период XV в. привлекал внимание ученых главным образом в социально-экономическом ключе. Это связано с тем, что концом XV в. датируется ценный источник – новгородские писцовые книги. Хотя ценность писцовых книг с точки зрения социально- экономической точки зрения не подлежит сомнению, содержащийся в них антропонимический и топонимический материал пока недооценен. Рассмотрение этого материала дает возможность пролить свет на этническую историю Новгородской земли. Читать далее

Ямские дьяки и кормления. К постановке вопроса

Автор: Бенцианов Михаил Михайлович
Журнал: Палеоросия. Древняя Русь во времени, в личностях, в идеях. 2017

Неоднократно цитируемая фраза из «Истории о делах великого князя московского» князя А.М. Курбского: «писари же наши руския, им же князь великий зело верить, а избираетъ ихъ не от шляхетцкаго роду, ни от благородна, но паче от поповичей, или от простаго всенародства»1 заложила основу многолетней дискуссии о происхождении дьячества, которая в последние годы обогатилась несколькими серьезными исследованиями биографического и просопографического характера2. Интерес к этой теме вполне понятен и объясним. Процесс формирования и последующего функционирования государственного аппарата в Русском государстве XV – XVI вв. неотделим от истории дьячества, являвшейся его составной частью. Именно дьяки выполняли основной массив управленческой работы, в значительной мере определяя контуры внутренней и внешней политики, отвечая, при этом, за преемственность и реализацию намеченных векторов развития. Читать далее

Новгородский поход Ивана III 1471 года

Автор: Волков Владимир Алексеевич
Журнал: Гуманитарные исследования Центральной России

В середине XV столетия Господин Великий Новгород (официальное обозначение Новгородского государства, столица которого, в свою очередь, именовалась и Градом Святой Софии) оставался богатейшей из русских земель, перекрывавший и контролировавшей доступ к морским путям в Европу и ценнейшим товарам Севера. О немереных богатствах Града Святой Софии хорошо знали не только в Москве, но и в Литве, также готовой прибрать к рукам огромный край, простиравшийся от Балтийского моря до Урала и от Кольского полуострова – до Верхней Волги. В борьбе за Новгородщину Москве следовало опередить Вильно, но задача организации присоединения Новгородской земли оказалась непростой и потребовала военного решения. Читать далее

Государев двор Ивана III

Автор: Корзинин Александр Леонидович
Журнал: Палеоросия. Древняя Русь во времени, в личностях, в идеях

Государев двор в великое княжение Ивана Васильевича (1462-1505 гг.) давно привлекает к себе пристальное внимание как отечественных, так и зарубежных исследователей. Дореволюционные историки специально не касались вопросов образования и развития великокняжеского Двора в последней трети XV-начале XVI века. Их больше интересовали такие темы, как формирование единого Русского государства при Иване III,1 думные и дворцовые чины и порядок их иерархии,2 Боярская дума и ее роль в системе управления.3 Значительный вклад в изучение Государева двора середины XVI в. внесли работы Н. П. Лихачева, Н. В. Мятлева, В. И. Новицкого.4 Первым из советских историков, кто начал разрабатывать тему эволюции великокняжеского двора в XV в., стал С. Б. Веселовский. На основе мастерски выполненных историко-генеалогических очерков московских боярских родов, историк пришел к выводу о зависимом положении крупного боярства в правление «государя всея Руси», о проведении Иваном III целенаправленной политики по «созданию среднего служилого человека, воина, непосредственно подчиненного ему и зависящего от него».5 А. А. Зимин, перу которого принадлежат многочисленные работы о различных слоях правящей элиты, носителях думных и дворцовых чинов, дьякам, а также монография о княжении Ивана Васильевича,6 считал Государев двор в конце XV в. «той силой, на которую опиралась власть московских великих князей». По мнению ученого, двор состоял из трех элементов: княжеской знати, старомосковских боярских родов, детей боярских. Дворовые дети боярские являлись «основной боевой силой Государева двора».7 Разные стороны внешней и внутренней политики Ивана Васильевича, положение придворной элиты затронули в своих исследованиях С.М. Каштанов, В.Б. Кобрин, Г.В. Абрамович и другие историки.8 Подлинные боярские списки середины XVI в. с комментариями были опубликованы В.Д. Назаровым.9 Читать далее

О соотношении служилого и вотчинного принципов в Московском государстве

Автор: Ткачук Василий Анатольевич
Журнал: Известия Алтайского государственного университета. 2007

Вся история формирования московской политической элиты являет собой историю борьбы двух начал, двух основ её формирования: вотчинного и служилого. Ряд отечественных исследователей, таких как С.Б. Веселовский, В.Б. Кобрин, А. А. Зимин, в своих работах, посвященных периоду формирования Московского государства, говорят о служилых землевладельцах, подразумевая под этим термином вотчинников, состоявших на обязательной государственной службе. Боярские роды неплохо изучены в отечественной историографии. Первым, кто обозначил проблему вотчинного и служилого принципов рекрутирования в Московском государстве, был С.М. Соловьев, который в своей «Истории России…» рассмотрел борьбу государственного и родового начал как основного двигателя процесса объединения русских земель [1, с. 55-59]. Обратил внимание на разнородность рекрутирования политической элиты и Н.П. Павлов-Сильванский. В своем исследовании, посвященном государевым служилым людям, он отмечает, что во времена первых варяжских князей от земского боярства резко отличались бояре-дружинники. Земские бояре были славянского происхождения; княжеская дружина была до XI в. преимущественно варяжской. Только с наступлением периода раздробленности дружина стала оседлой. Однако Н.П. Павлов-Сильванский не прослеживает дальнейшую эволюцию бывших княжеских дружинников и земских бояр в единую социальную группу [2, с. 4-34]. Широко известен труд С.Б. Веселовского «Очерки по истории служилых землевладельцев», где автор, используя генеалогический подход, описывает историю ведущих боярских родов и доказывает историческую достоверность родословцев. Также можно отметить монографию А.А. Зимина «Формирование боярской аристократии.», в которой описывается происхождение и история отдельных боярских и княжеских родов. Из современных исследователей можно выделить Ю.Г. Алексеева и Б.А. Воронцова-Вельяминова, посвятивших свои работы изучению отдельных представителей боярских родов. Служилый и вотчинный принципы рекрутирования элиты в государстве в различные периоды времени были далеко не равнозначны, их соотношение непрерывно менялось. Говоря о взаимодействии этих принципов в государстве, следует подвергнуть подробному анализу способы включения тех или иных представителей княжеско-боярской корпорации на великокняжескую службу, рассмотреть пути, используемые ими при занятии важных государственных должностей. Читать далее