Российское предпринимательство в XVII веке

Автор: Л.А. Муравьева
Журнал: Дайджест-финансы 2005

УСЛОВИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Главным условием для развития предпринимательской деятельности торгово-промышленных людей в России XVII в. явилось преодоление Смутного времени и его последствий. Выход из политического и государственного кризиса, который грозил России потерей национальной независимости, создал благоприятные условия для подъема экономики страны. Восстановительный период, выпавший на годы царствования Михаила Федоровича Романова, пробудил инициативу энергичных и предприимчивых людей России, относящихся к разным социальным слоям и группам населения. Предпринимательство проникало во все основные сферы хозяйственной жизни страны. Новая династия всячески побуждала людей торгово-промышленного мира оказывать весомую поддержку государству в первые, самые тяжелые годы восстановления народного хозяйства. Возможность выхода из хаоса и хозяйственного разорения виделась новому правительству на пути ужесточения таможенных сборов в виде чрезвычайных налогов – сбора пятинных и запросных денег.

Налогоплательщики старались уклониться от обременительных, а иногда и несправедливо собираемых поборов. Способом борьбы за свои интересы и правовое положение для предпринимателей служили подача жалоб и протестов. Наиболее распространенной формой обращения с требованиями и просьбами непосредственно к государю или в приказы была подача челобитий-прошений, которые могли быть индивидуальными или коллективными. Иногда нужды и потребности предприимчивых людей выражались в форме сказок. К сказкам относились записи устных докладов, отчетов и сообщений торгово-промышленных людей, представляемые в разные совещательные органы, созываемые царем или приказами. Чаще всего таким учреждением выступал Земский собор. В ту пору он заседал почти непрерывно и обладал высоким авторитетом в решении политических и гражданских дел, а также в рассмотрении финансовых вопросов.

Челобитья и сказки подавали разные категории населения. В них звучали просьбы об улучшении в целом экономического положения торгово-промышленных людей и жалобы на непомерно высокие налоги, которые влекут их разорение и оскудение. Большое количество прошений исходило от верхушки посадских людей. Несмотря на более или менее четкое определение понятия «посадский человек» в правительственных актах, в этой среде возникало немало конфликтов. Главные требования посадских челобитчиков сводились к трем пунктам: обеспечить посадским людям приоритет в занятиях торговлей, промыслами и ремеслами; ликвидировать «белые слободы», присоединив их к посадам и включив в государево тягло; возвращение в посад всех беглых людей в целях снижения размера податей для членов посадской общины. Привилегированное купечество Гостиной и Суконной сотен настойчиво выступало с требованиями об ограничении коммерческих возможностей иностранных купцов и закреплении монопольного положения русских торговцев на внутреннем российском рынке. Наконец, торговые люди выражали активное недовольство наличием многочисленных мелких торговых пошлин и выступали с требованием их унификации [1].

Многочисленные обращения напрямую к государю и в исполнительные учреждения со стороны промышленных, посадских и торговых людей свидетельствовали о росте самосознания этой категории населения и осознания ими общности своих деловых и экономических интересов. Такая линия поведения не могла не сказаться положительно на дальнейшем становлении и развитии российского предпринимательства и повышении внимания к этим видам деятельности со стороны властей. Многие просьбы российских предпринимателей нашли отражение в Соборном Уложении Алексея Михайловича 1649 г. В этом документе зафиксировано приоритетное право посадских людей на занятие торгово-промышленной деятельностью. Однако исключительное право на определенный вид деятельности (хотя в действительности оно полностью не соблюдалось) сделал посадский люд заложниками своих требований. Наряду с правами у них появились очень тяжелые обязанности, запрещавшие им покидать посад. Прикрепление к посаду ставило городских жителей в прямую зависимость от государства. Интересы торговых людей помимо Соборного Уложения нашли отражение еще в трех правительственных документах – Таможенном уставе 1653 г., Торговой уставной грамоте 1654 г., Новоторговом уставе 1667 г. Принятие всех перечисленных документов обеспечило правовую базу предпринимательства, что также благоприятно сказалось на его дальнейшем развитии.

Более широкое проникновение товарно-денежных отношений в толщу сельского хозяйства явилось стимулом для увеличения производства продукции на рынок. Продажа части произведенной сельскохозяйственной продукции способствовала становлению региональной специализации и развитию всероссийского рынка. Но если эти обстоятельства в странах Западной Европы привели к ликвидации крепостного права и коммутации, т.е. к превращению феодальной ренты в деньги, то в странах Восточной Европы наблюдалось «второе издание» крепостного права, а в России — его дальнейшее закрепление и законодательное оформление. Становление товарно-денежных отношений в условиях российского феодализма делало предпринимательство привлекательным для феодалов, что вызывало усиленную эксплуатацию зависимых крестьян и увеличивало продолжительность барщины ввиду расширения господской запашки. Наряду с другими экономическими и социальными причинами юридическому оформлению крепостного права способствовало становление вотчинного предпринимательства [2].

К благоприятному фактору становления российского предпринимательства в XVII в. можно отнести окончательное присоединение и начало освоения Сибири, природные богатства которой манили к себе активных и храбрых людей. Не осталась без последствий для развития предпринимательской деятельности в России и активизация внешнеэкономических связей государства с западноевропейскими странами через Архангельский порт и со странами Востока через Астрахань. Большие возможности для занятия предпринимательской деятельностью открылись в России с середины XVII столетия. Однако не следует представлять, что на пути хозяйственно-экономического развития не было препятствий. Не способствовали стабилизации обстановки в стране просчеты в финансовой политике. Провал двух реформ – «соляной» (повышение цен на соль) и денежной (неумеренный выпуск новой медной монеты) привел к дезорганизации внутреннего рынка и народным бунтам. Но ни эти события, ни тяжелые войны с Речью Посполитой и Швецией, ни острые социальные конфликты, вылившиеся в восстание С. Разина, не смогли остановить набиравший силу процесс становления отечественного предпринимательства.

Предпринимательской деятельностью в России занимались люди самых разных социальных групп, начиная от царя и бояр и кончая служилыми людьми «по прибору» и крестьянами. Широкий круг участников предпринимательской деятельности приводил к ее видовому разнообразию. Предпринимательская инициатива выступала как в государственном и казенном виде, так и частном. Самым активным промышленным и торговым предпринимателем оставалось государство, поэтому казенное предпринимательство было наиболее распространенным в XVII в. Государственная промышленность в добывающей отрасли была представлена солеварнями. Производство соли в стране достигло значительных масштабов. Соляные варницы Соли Камской производили до 112 тыс. т соли в год, что приносило государству значительный доход [3]. Развитие ремесла и рост городов подготовили почву для появления в России крупных производств с разделением труда — мануфактур. Их количество не превышало 30, а выпускаемый ими объем продукции шел, в первую очередь, на удовлетворение нужд и потребностей двора и казны. Тем не менее, появление мануфактур было красноречивым свидетельством заметного прогресса в развитии промышленности.

Первые мануфактуры появились в металлургии и оружейном производстве. Старейшими мануфактурами России можно назвать Пушечный двор и Оружейную палату. К крупнейшим металлургическим мануфактурам не только России, но и Европы относились чугунолитейные и железоделательные заводы близ Тулы и Каширы. Три металлургических завода появились в Олонецком крае. Открытие трех медных рудников в районе Онежского озера и Кандырской области заложило основы медеплавильной отрасли промышленности. Очень часто при открытии месторождений и организации при них промышленных предприятий использовался опыт иностранных мастеров и привлекался их капитал.

Государство наладило необходимое для различных отраслей хозяйства производство химических продуктов — смолы, дегтя, поташа, селитры, пороха и красок. Значительными масштабами отличалось производство поташа. Слово «поташ» произошло, вероятно, от древних немецких слов «pott» – горшок и «asch» – зола или голландского «горшечная зола». Досуха выпаренный щелок, полученный после обработки золы, пережигали в горшках и в них же транспортировали. Поташ находил широкое применение в текстильном и стекольном производстве, мыловарении, при выделке кож и изготовлении красок. Крупнейшими центрами производства поташа во второй половине века были Нижегородский, Арзамасский, Алаторский и Саранский уезды. Произведенный в больших количествах поташ (до 75 тыс. пудов в год) потреблялся не только внутри страны, но и вывозился на внешний рынок. Сферой государственной заботы оставалось и строительное дело. Все главные стройки контролировались Приказом каменных дел.

Постепенно мануфактуры стали появляться и в других отраслях производства. Известны казенные кирпичное заводы в Москве, текстильный Хамовный двор Кадашевской слободы и текстильные мануфактуры Ярославского уезда. На Яузе действовала казенная бумажная мельница, под Москвой появляются первые стекольные заводы, в Холмогорах и Вологде налаживается канатное производство. Крупным государственным предприятием был московский Денежный двор. Он представлял собой централизованную мануфактуру с несколькими сотнями работников. При проведении денежной реформы наряду со старым двором, чеканившим серебряные монеты, начал функционировать Новый денежный двор, занятый чеканкой медной монеты.

Для казенных мануфактур была характерна узкая специализация. Работали на них не только крепостные крестьяне и холопы, но и вольнонаемные работники. В некоторых отраслях вольнонаемный труд преобладал. Наемные работники получали окладное жалование в размере 5-8 копеек в день. Продукция этих предприятий поступала в казну, в соответствии с регламентом, выработанным Приказом Большой казны.

ДВОРЦОВОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО

В многообразии видов российского предпринимательства несколько особое место занимает дворцовое хозяйство, принадлежавшее царю и обслуживающее царский двор. Классифицировать его непросто. Дворцовому предпринимательству присущи черты казенного предпринимательства, так как царское хозяйство управлялось Дворцовым приказом – государственным учреждением. В то же время по своему характеру и организации оно близко к частному, вотчинному предпринимательству. Такое промежуточное положение данного вида предпринимательства заслуживает того, чтобы о нем упомянуть специально.

Расцвет дворцового предпринимательства приходится на период царствования Алексея Михайловича. Под влиянием своего воспитателя Б.И. Морозова царь с юношеских лет приобрел интерес к хозяйственной деятельности. Как главный феодал и собственник страны царь располагал огромным хозяйством, которое к середине столетия заметно увеличилось в размерах. Царские владения располагались почти в 20 уездах и включали в себя казенные земли и частные угодья, которые были либо завещаны царю, либо перешли к нему в результате лишения владельцев собственности по соображениям государственной целесообразности. В собственности царя находились не только земли, но и некоторые города. Расширение размеров и усложнение характера дворцового хозяйства потребовало совершенствования системы управления им. Часть этих функций взяло на себя хозяйственно-административное ведомство специально созданного Тайного приказа, находившегося в непосредственном ведении царя. Не подотчетный Боярской думе Приказ тайных дел был не только органом политического сыска и личной канцелярией царя, но ведомством по управлению обширной царской вотчиной.

Главной частью дворцового предпринимательства было сельскохозяйственное производство. Царская пашня поражала не только своими размерами и ухоженностью, но и многообразием выращиваемых культур, вплоть до экзотических. На государевой десятинной пашне трудились в основном крепостные крестьяне из дворцовых сел и деревень. В страдную пору прибегали к использованию труда служилых — стрельцов. Они не были так покорны, как крестьяне, и часто разбегались, поэтому для слежки за ними возводились специальные десятиметровые «смотрильные» башни [4].

Часть выращенного хлеба шла в переработку на вино. Заметную роль в царском хозяйстве играли всевозможные промыслы, например, охота и рыбная ловля. Объектом особой заботы была, безусловно, промышленность. Почти все существовавшие отрасли легкой и тяжелой промышленности были представлены в царских владениях. Дворцовые соляные варницы располагались в таких городах центрального района, как Ростов и Переяславль-Залесский, а также в селе Коломенском. В селениях Нижегородского уезда было налажено дворцовое производство поташа. Эти промыслы вкупе с Звенигородскими металлургическими заводами достались царю после смерти их владельца боярина Б.И. Морозова. Производство листового железа, лопат, топоров и гвоздей здесь было налажено в больших объемах. Часть железоделательных предприятий было конфисковано у.иностранного предпринимателя А. Виниуса.

Важным элементом дворцовых владений царя Алексея Михайловича стало подмосковное село Измайлово. Первоначально оно привлекло царя своими охотничьими угодьями, так как он был большой знаток и любитель соколиной охоты. Измайлово было одной из летних резиденций царя, где он жил со своей семьей. Внутреннее убранство Измайловского царского дворца отличалось скромностью, так как главное внимание уделялось хозяйственным заведениям, находившимся в образцовом порядке. С 1663 г. в Измайлове начинаются широкомасштабные хозяйственные работы. Осуществляется задача по превращению сельского хозяйства в товарную отрасль. Расчищенные под пашню сотни десятин земли засевались не только привычными в Подмосковье культурами, но и редкой для того времени яровой пшеницей, просом, полбой, коноплей. Царские хоромы утопали в зелени садов и огородов. На обитых досками грядках росли летние овощи, а в теплицах выращивали южные культуры — дыни, арбузы, перец, приправочные травы. На специальном Аптекарском огороде площадью в 6 га выращивали лекарственные травы. Виноградный сад занимал территорию в 16 га. В нем росли сотни яблонь, груш, вишен, слив, ореховых деревьев. В центре сада располагался виноградный питомник. Несмотря на незначительный урожай винограда, этими посадками дорожили и бережно за ними ухаживали, так как виноградная лоза воспринималась как символ Христа и Райского сада. Немалые площади отводились под ягодные кустарники (смородину, крыжовник, барбарис, малину), между ними красовались многочисленные цветы. В изобилии цвел шиповник, из плодов и цветов которого изготавливали косметические и лекарственные средства. Садоводство занимало видное место в домашнем быту русских царей. К концу столетия царскому обиходу принадлежало 52 сада, кроме московских [5].

Параллельно с этим идут работы по налаживанию мануфактурного производства. Хозяйственно образующим стрежнем вотчины стала речка Серебрянка, которая питала 37 прудов и 7 мукомольных мельниц. Вдоль прудов создавались льняные, птичьи, пасечные дворы, маслобойни, винокурни, солодовни, пиво- и медоварни. Редким инженерно-архитектурным сооружением для своего времени был многопролетный мост через Серебряный пруд. Измайловский мост был каменным, в то время как везде строили деревянные мосты, и имел внушительные размеры — 106, 5 м в длину и 10, 65 м — в ширину. Основу моста составляли две параллельные кирпичные стены с арочными проемами для прохода воды и мощные деревянные сваи для укрепления каменных столбов. Белокаменный парапет украшали цветные изразцы [6].

В 1668 г. в Измайлове выстроили один из первых в Московском государстве стеклянный завод. Под руководством венецианских художников стеклодувов на заводе трудились русские и украинские мастера. Завод выпускал хрустальные изделия с золочением и гравировкой, а также простую посуду из бесцветного и зеленого стекла. Продукция стеклянного завода обеспечивала нужды царского обихода и составляла подарочный фонд. Часть изделий продавалась на Московском Гостином дворе. Царская вотчина была оснащена кирпичным заводом. Предпринимались попытки по заведению кожевенных, сафьяновых и шелкоткацких заводов. Хозяйственные заведения села Измайлова составляли гордость и восхищение современников. Их любили демонстрировать иностранцам. Описание села Измайлово можно встретить в заметках польского посла Яна Гнинского, врача Алексея Михайловича Самуила Коллинса и курляндца Я. Рейтенфельса.

Царь лично уделял большое внимание своему подмосковному хозяйству. Алексей Михайлович любил присутствовать при полевых работах, следить за постройками, например, закладке конюшенного двора, устраивать личный хозяйственный «досмотр» и вникать в малейшие подробности. Царица также не оставалась в стороне. Она лично осматривала погреба, проверяла работу птичьего двора, следила за выделкой льна. Государь лично заботился об улучшении Измайловского хозяйства. Для проведения работ на высоком уровне специально выписывались русские и иностранные мастера, специалисты своего дела. Из Пскова поставлялись специалисты по выращиванию и обработке льна, из белгородской земли и Смоленска — животноводы, мельники, пасечники, плотники, печники, сапожники, кузнецы и пр. Садами и огородами занимались астраханцы и киевские монахи. Они привозили с собой не только семена и саженцы, но и просеянную через решето землю. Мастеров-садоводов, стеклодувов, механиков, хлопководов приглашали из-за границы. При организации тех или иных работ стремились использовать энергию воды, машины и механизмы, но не пренебрегали также таинствами «святой воды» и «освященного масла».

Такое сложное и многоотраслевое хозяйство требовало рабочих рук в большом количестве. По указу царя в селе поселилось около 1000 крестьянских семей из других дворцовых вотчин. Только во время жатвы наемных жнецов набиралось до 700 человек. Как пишет М.И. Семевский: «И не вотще (напрасно) трудился Алексей Михайлович: в царских житницах в Измайлове бывало до 27 000 четвертей хлеба; в Ригу посылали на продажу до 200 берковцев (1 берковец = 10 пудам, 163 кг) льну; кроме того, Измайлово давало ежегодно от 500 до 800 пудов хмеля, до 179 пудов меду и почти столько же воску, не говоря уже о разных стеклянных изделиях, массе плодов и овощей, доставляемых во дворец; врачебных травах и кореньях, посылаемых в Аптекарский приказ» [7]

За ведение Измайловского хозяйства и порядок в нем отвечали приказчик и ключник. В приказной избе хранилась казна и всевозможные книги с памятками о делах, челобитья, росписи, поручения, а также умолотные, приходные, расходные и продажные. Приказчик жил на съезжем дворе, обнесенным забором. Работников строго наказывали за малейшие провинности, а крестьян бесцеремонно переселяли из одних вотчин в другие. Бедность и жалкое состояние переселенцев никого не волновало. Тяжелые работы, строгие взыскания и притеснения заставляли крестьян искать спасения бегством. Царь не церемонился со своими работниками.

После Алексея Михайловича село Измайлово унаследовал его старший сын царь Федор. Хозяйство шло тем же порядком, появились новые хозяйственные и служебные постройки, изменения коснулись царского дворца. Предпринимательская хватка Алексея Михайловича, понимание необходимости развития торгово-промышленной деятельности в стране получили дальнейшее воплощение в преобразовательской деятельности его сына Петра Алексеевича.

ЧАСТНОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО

Наряду с казенным и дворцовым предпринимательством все активнее начинает развиваться предпринимательство частных лиц. Нередко энергичные и инициативные люди из числа знати выступали как организаторы-предприниматели в своих поместьях. Такую разновидность предпринимательской деятельности можно назвать вотчинной. Красноречивым примером частного предпринимательства являлось сложное и разнообразное хозяйство Бориса Ивановича Морозова.

Б.И. Морозов был воспитателем царевича Алексея, его сердечным другом. Став царем, Алексей Михайлович не расстался со своим наставником. Морозов не только превратился в видного государственного деятеля, но и сделался родственником царя — свояком, мужем сестры царицы. Будучи главой четырех важнейших приказов, среди которых было финансовое ведомство страны – Приказ Большой казны, Морозов определял финансовую и налоговую политику государства. Как глава правительства Морозов провел неудачные налоговую и денежную реформы, чем вызвал волнения в народе, перешедшие в мощные восстания. Под влиянием народного гнева царь удалил его от государственных дел, впрочем, ненадолго. Поскольку в России власть и собственность стороны одной медали, то вполне естественно, что близкий к царю человек, стал крупнейшим вотчинником. Морозов владел 300 селами, десятками тысяч крестьян. Его поместья располагались в 17 уездах.

Хозяйство Б.И. Морозова было многоотраслевым. С большим размахом он занимался сельскохозяйственным производством, прежде всего выращиванием хлеба. Поражает детальное знание феодальным собственником стадий сельхозработ и приемов его организации. Сохранились грамоты Б.И. Морозова, посылаемые им к приказчикам. В них даются подробные советы и наставления как очистить лесные участки под пашню, в какое время, и в каком количестве изготовлять сохи, в какие сроки и на какую глубину начинать пахотные работы, когда приступать к сенокосу. Огородничество и садоводство также составляло сферу заботы владельца [8]. Боярин Морозов был крупнейшим собственником рыбных угодий. Рыболовство было развито в его вотчинах Рязанского, Тверского, Звенигородского уездов, а также в подмосковных деревнях. Боярин брал на оброк рыбные ловли у казны, часть же своих рыбных ловель отдавал на оброк своим крестьянам. Немалый доход хозяйству Б.И. Морозова приносило бортничество.

Большое внимание Морозов уделял развитию крестьянских текстильных промыслов. Стимулом к такому роду занятий у крестьян служило взимание оброка в виде текстильной продукции. При этом широко применялось территориальное разделение труда. Крестьяне одних сел (подмосковных) сдавали пряжу, крестьяне других сел (нижегородских) изготавливали из нее полотно.

Главным направлением промышленной деятельности Морозова служило производство поташа, организованное в лесных угодьях, богатых дубом, ольхой и сосной. Изготовляли поташ на будных станах или майданах — открытое место, площадка в лесу, на которой находился поташный завод. Трудоемкий процесс производства поташа требовал большого количества рабочих рук, материальных ресурсов (лес, деньги), поэтому был под силу либо государству, либо крупным вотчинникам, владельцам крепостных душ в большом количестве. В нижегородских вотчинах боярина Морозова было развернуто крупнейшее производство поташа. Ему принадлежало 29 майданов. По свидетельству шведского посланника И. Кильбургера, Морозовский поташ был лучшим в России. За сезон только один майдан давал до 3000 пудов поташа. Выработанный продукт поставляли в казну. Морозовский поташ составлял почти половину всех казенных поставок. Среди поставщиков поташа были и другие представители боярству. Это объяснялось тем, что с некоторых пор государственные поташные промыслы отдавались частным лицам на откуп с условием передачи в казну каждой десятой бочки поташа. Разрешение откупов привело к тому, что в 1660-е гг. 75 % всех казенных поставок поташа исходило от частных лиц. К концу века была установлена государственная монополия на производство поташа, поэтому частные промыслы перешли в казенную собственность. Такая участь постигла и Морозовские майданы. В 1668 г. после смерти вдовы Б.И. Морозова в казну перешли их Сергацкие будные станы. [9].

На землях, принадлежащих Б.И. Морозову, находились источники железной руды, разработкой которых также успешно занимались в его вотчинах. В селе Лысково, близ Нижнего Новгорода, была налажена добыча железа и организовано железоделательное производство по промысловой технологии в «домницах». На своих землях в Звенигородском уезде в селе Павловском боярин Морозов построил железоделательный завод. Доменная печь завода приводилась в действие от водяного двигателя. Такой завод близок к предприятию мануфактурного типа. Для организации современного производства приглашались иноземные мастера, а непосредственно на заводе трудились пленные поляки. Большие доходы приносила Морозову не просто продажа зерна, а переработка его на винокуренных заводах. Имелись в его вотчинах полотняный, кожевенный и кирпичный заводы. Для организации всех видов производств активно использовался подневольный труд крепостных крестьян, принадлежавших феодалу. Вольнонаемный труд почти не применялся, если не считать иноземных мастеров и использование труда пленных. В обширном хозяйстве Морозова можно было встретить сочетание и соседство передовых технологий и заведений мануфактурной стадии развития и с древнейшими, традиционными промыслами, широким применением барщины и взимания оброка. Торговая деятельность и ростовщические операции также не были чужды боярину Морозову. Б.И. Морозов, конечно, был не единственным, знатным предпринимателем. Из боярско-феодальной среды вышли и другие промышленники-предприниматели. Среди них можно отметить родственника царя, государственного деятели и владельца вододействующего железоделательного завода мануфактурного типа боярина И.Д. Милославского. Промышленным и торговым предпринимательством занимались также князья Я.К. Черкасский, Н.И. Одоевский, Ю.И. Ромодановский, И.А. Воротынский, стольники М.И. Еропкин, Ф.Я. Плещеев.

Среди людей, занятых предпринимательской деятельностью, были лица недворянского происхождения. К ним можно отнести представителей переживавшего стадию бурного становления купеческого слоя. Заработав первоначальный капитал на торговых операциях, купцы постепенно расширяли поле своей деятельности и начинали вкладывать свободные средства в промышленное производство. Появляется новый вид предпринимательства — купеческое. Высшую строку в недворянской торгово-промышленной иерархии занимали именитые люди Строгановы. В Соборном Уложении 1649 г. права Строгановых были зафиксированы в отдельной 94-й статье. Занимаясь торговой и ростовщической деятельностью, они постепенно стали крупнейшими промышленниками. Выходцы из крестьян, Строгановы, благодаря своей напористости и целеустремленности, стали хозяевами Западного Урала, положили начало присоединению Сибири и, обороняя государственные рубежи с востока, оказывали неоценимую услугу государству. Строгановы стали владельцами многочисленных солеварен и крупнейшими соледобытчиками. Они сосредоточили в своих руках свыше 60 % годовой добычи соли во всем государстве. В круг интересов Строгановых входила организация рыболовных и пушных промыслов, кожевенного и металлургического производств. Однако они имели вспомогательный характер и остались на уровне крестьянских промыслов.

Из купцов вышла целая плеяда предпринимателей недворянского происхождения. Обладателями богатых соляных промыслов, стоимость которых превышала 35 тыс. руб., стали купцы Светешниковы. Посадский человек из Ярославля Г.Л. Никитников, разбогатев на торговле пушниной, стал владельцем 13 соляных варниц в Соликамском уезде, на которых трудилось свыше 600 работников. Вложил свои капиталы в солеваренную промышленность московский купец В.Г. Шорин, купцы Панкратьевы обладали 13 варницами на Северной Двине, купец A.C. Кириллов владел варницами в Соли Камской. Организаторами крупных соляных промыслов на р. Ленве в Соликамском уезде выступили купцы Шустовы и Филатьевы, со временем передавшие свои владения Г.Д. Строганову. Ярославские купцы Гурьевы стали владельцами рыбных промыслов на р. Яик (Урал), где также была организована переработка осетровой рыбы. В. Воронин взял в аренду у казны три металлургических завода в Звенигородском уезде и сумел наладить производство металла на основе использования вольнонаемного труда рабочих, для которых был выстроен специальный поселок.

К промышленно-предпринимательской деятельности обращались не только купцы, но и разбогатевшие ремесленники, выходцы из посадских людей, а иногда и крестьяне. К середине столетия из кузнецов таких городов, как Тихвин и Великий Устюг, выделились состоятельные семьи, которые укрупнили свои производства, создав предприятия мануфактурного типа. Из мастеров-плавильщиков вышел предприниматель Д. Тумашев, основавший в Верхотурском уезде железоделательный завод, приближающийся к мануфактуре, работавший на использовании наемного труда и обслуживающий русский рынок.

К особому виду предпринимательства можно отнести церковное и монастырское. При царях новой династии значительно укрепилось положение русских патриархов. Резиденция духовных владык России — Патриарший дворец находилась недалеко от царских палат Московского Кремля. Патриарший дворец представлял собой сложный комплекс домовых церквей, парадных и жилых палат, многочисленных хозяйственных зданий, соединенных между собой открытыми галереями и темными переходами. В специальной палате располагались «домовая казна» и келья казначея, палата портных мастеров, больница. Кормовой дворец включал в себя поварни для патриарха, братии и дворовых. Многочисленные и разнообразные постройки принадлежали хлебному и сытному дворам с хлебопекарней, пивоварней и квасоварней. В бесчисленных кладовых хранился мед и вина, в ледниках — мясные и рыбные запасы, имелись молочный, рыбный и капустные погреба. Патриарх немало путешествовал по своим богатым вотчинам, находившимся в разных селах Подмосковья. У патриарха были собственные рыбные ловы на р. Москве, а затем появились и свои пруды в устье Пресни и нар. Неглинной. Краткий перечень содержимого кладовых Патриаршего дворца дает представление о размахе хозяйственной деятельности церковного владыки. В погребах хранилось 753 белуги, 921 осетр 170 теш белужьих, 117 языков с башками (отрезанных голов больших рыб), 41 пуд семги, 6 пошевов икры зернистой, две бочки сельдей немецких, полторы бочки сельдей соловецких. При патриаршем доме было два сада, в которых росли фруктовые деревья, ягодные кустарники, огородные растения и цветники. Огородные овощи выращивались отдельно на специальных огородах за Мясницкими и Спасскими воротами. Особенно дорого обходились цветники, так как луковицы многих растений выписывались из-за границы [10].

Многие церкви также располагали своими подчас весьма обширными угодьями, а также получали казенное жалование из Приказа Большого Дворца в виде денег от 8, 5, 3 и 1 руб., в зависимости от сана и занимаемой должности, а также в виде овса и ржи. Однако с 1676 г. церкви Московского уезда были обложены данью, а с 1700 г. их вычли из оклада. Приходилось довольствоваться только приношениями прихожан.

Настоящими оазисами разнообразных сторон человеческой жизни выступали русские монастыри. Среди них, безусловно, были рассадники мракобесия, суеверия и невежества, но все-таки большая часть монастырей представляла собой уникальное собрание рукописных и печатных книг, икон, произведений прикладного искусства. Многие из них прославились развитыми промыслами и земледелием, широко и умело поставленным хозяйством с большим торговым оборотом, что превращало монастыри в крупные производственные и коммерческие предприятия. В основе монастырского богатства лежал насаждаемый православной церковью культ труда. По мере усиления крепостничества монастыри все шире прибегали к использованию труда крепостных крестьян, что для церкви были шагом безнравственным. Монастырское хозяйство было устроено по принципу феодальной вотчины, носившей характер натурального хозяйства. Все необходимое для потребления производилось на месте. Активно использовался труд подчиненных ремесленников и крестьян, отрабатывающих барщину и вносивших оброк холстами и прочими изделиями крестьянского обихода. Многие монастыри, такие как Спасо-Прилуцкий, Кирилло-Белозерский, были крупными сельскохозяйственными вотчинами, в которых выращивались овес, рожь, ячмень. Большое внимание огородничеству уделяли, например, в Иосифо-Волоколамском монастыре. Многие монастыри владели значительным количеством скота и получали немалые доходы от поставки на рынок продуктов скотоводства. Широкого распространения и высокого уровня развития во многих монастырях добились деревообрабатывающие промыслы.

Оборонительным форпостом северных рубежей нашей Родины и центром хозяйственной, экономической, ремесленной, промысловой культуры стал Соловецкий монастырь. Его военная и хозяйственная власть на огромной территории сыграла выдающуюся роль в преобразовании общественно-хозяйственных отношений русского Севера. «Великой царской крепостию» и третьим по значению после Троице-Сергиева и Кирилло-Белозерского назвал Соловецкий монастырь патриарх Никон. Многие начинания и заведения на территории монастыря были вызваны его своеобразным островным расположением й отделением от материковой части суши морской пучиной. Со временем на островах появились причалы, дамбы, каналы, гавани, поражающие своей оригинальностью и добротностью. Для улучшения питания работников был заведен скотный двор, разводились олени, устраивались садки для содержания и разведения рыбы. Выловленную в море рыбу содержали и разводили в специальных прудах. Так появилась возможность быстро доставлять ее к столу. Для заготовки рыбы впрок делались специальные садки и ловли, которые отделялись от моря валунными дамбами. Через них осуществлялась фильтрация морской воды. Строительство садков свидетельствовало о высоком уровне воздействия людей на природу Для промысла рыбы и морского зверя использовался наемный труд.

Имелась каменная кузница, в которой не только ковались необходимые орудия труда, но и занимались художественной ковкой решеток и замков. С помощью специальной системы труб разливался в погреба и бочки сваренный квас. Для проведения строительных работ был возведен кирпичный завод, где изготовляли кирпич высокого качества с использованием конной тяги. Ни один монастырь не знал такого размаха строительных работ. Они осуществлялись в результате роста доходов самого хозяйства, финансовой помощи правительства, бояр и простого народа. Различные усовершенствованные приспособления применялись в мукомольном и сушильном деле, при веянии зерна. Специальные механизмы применялись для размола зерна на водяных мельницах и дробления крупы. Редким гидротехническим сооружением был протянувшийся на 100 м выложенный из булыжника подземный канал. С его помощью в действие приводились многие механизмы.

Главным источником средств монастыря был соляной промысел. Монастырь располагал значительным количеством соляных варниц, и монахи варили соль, увеличивая богатства своей обители. Наряду с этим занимались судоходством, рыболовством и промыслом морского зверя, поэтому имелось сооружение гранитного дока для изготовления, хранения и ремонта карбасов и других морских судов. Высокий уровень развития получили плотницкие службы. Для удобства передвижения в условиях болотистой почвы были сооружены фунтовые дороги, позволившие возвести и уникальную канальную систему. Большая часть освоенной территории использовалась под огороды. При тщательном уходе в условиях сурового климата вырастали капуста, репа, редька, морковь и свекла. Урожайность была невысока. В лесу росли не только местные деревья, но и искусственно выращенные, привитые монахами породы кедра, лиственницы, черемухи. На некоторых островах были заведены сенокосы. Из шкур животных шили нарядные и прочные одежды [11].

На Соловках не было крестьянских деревень и ремесленных слобод, поэтому в каждой из служб работали часто сменявшие друг друга приезжие работники. В зимние месяцы в монастыре проживало до 500 человек мирян, и все были сыты и одеты и скудости не испытывали. В 1649 г., поданным В.О. Ключевского, в монастыре было 350 человек братии, и около 600 слуг и работных людей, не считая рабочих на соляных варницах, которых насчитывалось до 700 человек. Все пили, ели и носили монастырское. На содержании монастыря находилось также более 1000 ратных людей. Главным средством покрытия расходов был соляной промысел. На вырученные от продажи соли средства закупали хлеб в необходимом количестве [12].

К середине XVII в. монастырское хозяйство достигло своего расцвета и наивысшего политического и нравственного влияния. В благодарность за земельные пожалования и льготы монастырь нередко ссужал государство значительными суммами денег. Тем удивительнее было для общества вступление монастыря в борьбу за «старую веру», вылившуюся в восьмилетнюю оборону (1668-1876 гг.) «Соловецкого сидения».

Заметным видом предпринимательства в России XVII в. стало расширение деловой активности иностранцев. Их интересы охватывали большой круг различных сфер и, прежде всего, производство. Самые первые начинания, охватившие кожевенное и канатное производство, не увенчались большим успехом. Начавшие работу предприятия вскоре закрылись. Логика хозяйственного развития и определение внешнеполитических приоритетов вызвали к жизни идею расширения металлургического производства. Страна модернизировала вооруженные силы и нуждалась в большом количестве современного вооружения. Потребовались иноземные рудознатцы, а также предприниматели, способные наладить чугунолитейное и железоделательное производство. Первый промышленный комплекс оружейных и металлургических вододействующих заводов появился под Тулой. Основоположниками этой отрасли явились голландские и датские купцы-предприниматели А. Виниус, П. Марселис, Ф. Акема. Позже заводы такого же профиля появились в Каширском уезде. Другим металлургическим центром стал Олонецкий край, где железный рудник взяли на откуп немецкие промышленники и основали три металлургических завода. Началась разработка медных рудников и стараниями П. Марселиса появилась первая мануфактура по выплавке меди. С помощью иностранцев было налажено производство собственной бумаги, стекла, хрусталя. Голландские предприниматели внесли заметный вклад в развитие текстильной и суконной промышленности, положили начало корабельному строительству.

В целом мануфактур было не более 30 и финансировались они царской казной и иностранным капиталом. Иностранные предприниматели внесли заметный вклад в изменения хозяйственной жизни России. Однако их деятельность находилась под неусыпным контролем, а предприятия под попечительством властей. Санкционированные правительством предприятия поставляли свою продукцию, главным образом, в казну по себестоимости, и лишь незначительные излишки поступали для реализации на рынок, создавая прибыль своему владельцу.

Итак, новая династия, преодолев экономическую разруху и политический кризис периода Смуты, сумела стабилизировать обстановку в стране и создать необходимые условия для налаживания хозяйственной жизни и развития предпринимательства. К середине XVII в. предпринимательская деятельность охватила все основные сферы экономики от промышленности и торговли до финансов и кредита. Можно выделить три вида предпринимательства: казенное, дворцовое и частное. Последнее в свою очередь делилось на боярское и дворянское, купеческое, посадских людей, монастырское и иностранное. Формы предпринимательской деятельности также были различны. В мелком и среднем бизнесе преобладала индивидуальная форма деятельности. Гости и промышленники создавали крупные фирмы по типу торговых домов на основе родственных и семейных уз. Однако такая форма объединения капитала соседствовала с совместной предпринимательской деятельностью, появлением товариществ на паях. При этом объединение нередко происходило не только среди представителей одного социального слоя, но и среди представителей разных социальных групп, например, знати и купечества, торговых крестьян и посадских людей.

Особенностью рассматриваемого времени является постепенное расширение и укрепление частного предпринимательства. В его орбиту все шире втягиваются представители различных сословных групп. Частная предпринимательская деятельности в России имела свою специфику. Как правило, она базировалась на многоотраслевой структуре, хотя выбор для этого был невелик и имел определенные ограничения. Представители незнатных сословий, вовлеченные в предпринимательство, стремились получить право обзаводиться крепостными крестьянами не только для повышения рентабельности хозяйственных объектов, но и для того, чтобы по своему социальному статусу сравняться с феодальной аристократией. Собственность купцов-предпринимателей в основном располагалась на колонизирующихся окраинах, так как более обжитые и лучше обустроенные центральные районы входили в состав вотчинной собственности боярства.

Отличительной чертой экономики России XVII в. было появление мануфактуры. Ее особенность состояла в потребительском характере промышленного производства и принадлежности казне. Однако видим, что постепенно частный капитал начинали вкладывать не только в развитие соледобывающей промышленности, но и в создание предприятий мануфактурного типа. Как правило, их основывали иностранные купцы или мастера. Правовое положение таких предприятий определяла царская жалованная грамота, в которой обозначались временные рамки монопольного производства изделий и беспошлинной закупки сырья. Некоторые мануфактуры были основаны на отечественных капиталах при поддержке денежными субсидиями из казны. Однако этот процесс шел медленно. Его сковывали правовые нормы того времени. Предприятие, построенное на личные деньги, не являлось полной собственностью владельца средств. На любые действия, даже передачу предприятия своим наследникам, требовалось разрешение казны. По истечении урочных лет, царь мог сменить владельца предприятия или отписать его в казну. Так поступали со всеми рентабельными заводами. Казна одновременно и оказывала некоторую поддержку частникам, и чинила препятствия для нормального развития частного предпринимательства в производственной сфере. Недостаточное развитие рынка свободной рабочей силы создавало прообраз посессионной и приписной мануфактуры петровского времени.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Думный В.В. История предпринимательства в России. -М.- 1995.-Вып. 1. С. 81-84.

2. Сметанин С. И. История предпринимательства в России. – М., 2004. – С. 30-31.

3. История России (IX-ХХ вв.): Книга-атлас. – М.,1997.

4. Сметанин С. И. Указ. соч. — С. 54.

5. Домашний быт русских царей в XVI и XVII вв. – М., 1997. – С. 23.

6. Датиева Н.С., Семенова Р.М. Измайлово. Страницы истории XVI – XX вв. – М., 2000. – С. 20.

7. Семевский М.И. Тайная служба Петра I. — Минск, 1993. – С. 39.

8. Вдовина Л. И. Земледелие и скотоводство. //Очерки русской культуры XVII в. – М., 1979. – С. 29, 37, 43, 49,50.

9. Вдовина Л.Н. Добывающие промыслы. // Очерки русской культуры XVII в. – М., 1979. — С. 61.; Сметанин С. И. Указ соч.-С. 36-37.

10. Пичета В.И. Домашний быт Московских патриархов //Москва в ее прошлом и настоящем. – М., 1992.-С. 110-111.

11. Скопин В.В. На Соловецких островах. – М., 1990. – С. 38,39, 66, 73, 79, 93, 104, 115, 145, 146.

12. Ключевский В.О. Хозяйственная деятельность Соловецкого монастыря в Беломорском крае // История России. Статьи. – М., 2003. – С. 31.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *