Cоправление в системе государственного управления Mосковской Руси во второй половине XV – начале XVI в.

Автор: Соловьев Константин Анатольевич
Журнал: Вестник Московского университета. Серия 21. Управление (государство и общество) 2004

При изучении структуры и методов управления на каждом из этапов развития российской государственности, одно из центральных мест занимает вопрос о роли верховной власти, формах и способах ее организации. Одной таких исторических форм являлось совместное отправление полномочий главы государства – соправление двух монархов. Как способ передачи власти, оно использовалось в российской истории на протяжении сравнительно короткого периода времени, на завершающем этапе становления Московского государства во второй половине XV и самом начале XVI вв. Известны другие формы соправления: братское в Древней Руси XI в., династическое – в XII в., совместное правление двух братьев Петра и Ивана Алексеевичей в конце века семнадцатого. Но во всех этих случаях, как до, так и после XV в., вопрос о легитимном переходе властных полномочий от правителя к наследнику не ставился. Читать далее

Властное поведение в московском государстве во второй половине XV в.

Автор: Соловьев Константин Анатольевич
Журнал: Государственное управление. Электронный вестник 2013

Московское государство во второй половине XV в. переживало процесс становления. Его институты были еще аморфны, границы властных полномочий различных органов не были строго очерчены. Только в самом конце этого периода Московская Русь, которая стала именоваться Россией, получила свой первый свод законов — Судебник Ивана III. В этих условиях властное поведение великого князя Всея Руси играло роль значительно более важную, чем в предыдущую или последующие эпохи, и по своему значению может быть сравнимо лишь с властным поведением Петра I, разрушавшего старую модель государственного управления и строившего новую. Ивану III приходилось нести на себе ношу творца нового государства, быть самодержцем, в том числе и в постоянном утверждении своего никем и ничем не ограниченного права на власть.

Читать далее

Принятие управленческих решений в московском государстве во II половине XV в

Автор: Соловьев Константин Анатольевич
Журнал: Вестник Московского университета. Серия 21. Управление (государство и общество) 2008

Вторая половина XV в. — время становления Московского государства во всем многообразии его черт. В отечественной исторической науке тщательным образом изучены те стороны этого процесса, которые связаны с формированием национальной территории; утверждением общегосударственных законов; складыванием управленческого слоя, а также системы органов государственной власти1. Читать далее

К вопросу о причине отступления татарского войска после стояния на Угре

Автор: Несин М. А.
Журнал: История военного дела: исследования и источники 2015

Вопрос о том, когда и при каких обстоятельствах Москва перестала платить Орде регулярную дань (подарки — «поминки» от случая к случаю — не в счет), в отечественной историографии по-прежнему подлежит дискуссии. Одна из распространенных точек зрения и, на наш взгляд, наиболее обоснованная, сторонником которой является, к примеру, отечественный исследователь А. А. Горский, заключается в том, что это произошло в начале 1470-х гг. При этом, как отмечает историк, еще в 1460-е гг., «почти сразу же» после того, как на московское великое княжение сел Иван III, изменился пункт о взаимоотношениях с Ордой в договорах нового великого князя с удельными князьями московского дома. Его отец, за единичным исключением, вынужден был писать, что, «коли Бог переменит в Орде», и ему не придется платить очередной «выход», то тогда он не станет ничего взыскивать и с удельного князя. Но Иван III решительно переменил тон и неизменно писал, как лишь единожды отважился сформулировать его покойный родитель, что если он сам не пошлет в Орду дани, то и «у тебе не взяти». Таким образом, уже в 1460-х гг. он официально давал понять, что сам решает, заплатит он в Орду дань или не сочтет нужным1. Читать далее

«Злохитрева жена» «Окаянная Марфа»: мифы и исторические источники о роли Марфы Борецкой в политической борьбе Москвы и Новгорода и основании северных монастырей

Автор: Амброче Татьяна Витальевна, Чуракова Ольга Владимировна
Журнал: Арктика и Север 2013

При формировании информационного пространства Севера в начале XXI в. очень важна точность в передаче исторических фактов. Между тем в краеведческой и популярной исторической литературе, на страницах путеводителей и сайтах турагентств, в экскурсионной практике зачастую звучат легенды и мифы, давно развенчанные научными исследованиями. Читать далее

К истории сражения новгородцев с москвичами на реке Шеленге 27 июля 1471 г

Автор: Несин Михаил Александрович
Журнал: История военного дела: исследования и источники

Как современники московского похода на Новгородскую землю летом 1471 г., так и позднейшие исследователи, уделяли основное внимание Шелонской битве, решившей исход войны: новгородцы были разгромлены и в скором времени согласились на жесткие условия Коростынского перемирия. Однако, военные действия в то лето разворачивались не только в Приильменье, но и на Северной Двине. В результате обширные новгородские владения там отошли Москве за семь лет до присоединения самого Великого Новгорода. Так решился многовековой спор между Республикой и великокняжеским «Низом» за обладание богатыми промыслами двинскими землями. Читать далее

Шелонская битва 14 июля 1471 г. : к вопросу о тактике московских войск и участии засадной татарской рати

Автор: Несин М.А.
Журнал: История военного дела: исследования и источники

Победа московского войска над многочисленным новгородским ополчением в знаменитой Шелонской битве сыграла значительную роль в централизации Русского государства вокруг Москвы. Ее без преувеличения можно назвать одним из самых важных и знаменитых сражений в отечественной истории XV в. Это понимали современники, уделившие событию значительное внимание в летописании, не проходят мимо него и историки, изучающие эпоху образования единого Российского государства. В общих чертах ход и итог битвы хорошо известен. В начале июля московские войска под руководством великокняжеских воевод Д.Д. Холмского и Ф.Д. Хромого захватили Русу, разбили около нее и у Коростыни две новгородские судовые рати, а затем направились к Демьянску1. Однако великий князь Иван III послал их оттуда на реку Шелонь для соединения с псковичами, против которых в это время двинулось и новгородское ополчение. Москвичей, по оценкам летописей, было сравнительно немного, обычно приводятся цифры от 4 до 5 тысяч человек. Рать новгородцев же будто бы достигала от 20 до 40 тысяч, правда, по свидетельствам летописцев, эти цифры брались со слов пленных. Современные исследователи с недоверием относятся к подобным оценкам численности новгородского ополчения2. Достаточно сказать, что оно уже понесло потери при поражении двух судовых ратей в Приильменье и выделило какое-то число людей в судовую рать, отправленную на Двину. Можно лишь с уверенностью констатировать, что новгородцы заметно превосходили числом московское служилое воинство. Оба войска шли вверх по Шелони, москвичи по правому берегу, новгородцы по левому, к вечеру 13 июля они заметили друг друга, но сразу биться не стали и остановились на ночь. Но следующий день, воскресным утром, москвичи решительно форсировали реку и быстро разгромили многочисленное новгородское ополчение. Читать далее

Сражение под Русой 3 февраля 1456 г. : место боя и тактика московских войск

Автор: Несин М.А.
Журнал: История военного дела: исследования и источники

Сражению новгородцев и москвичей под Русой в феврале 1456 года в историографии уделялось крайне мало внимания. Между тем, разгром новгородского ополчения имел важное историческое значение — Новгород вынужден был подписать тяжелые для него условия знаменитого Яжелбицкого мира. В результате позиции великого князя в различных сферах управления республикой заметно усилились, новгородцам было запрещено принимать у себя его неприятелей. Последнее, надо полагать, и послужило основной причиной похода. Укрепившись на московском престоле после долгой борьбы, Василий Темный решил посчитаться с непокорным Новгородом, самовольно приглашавшим к себе на княжение его врага Дмитрия Шемяку, а после смерти последнего — его родственников. Читать далее

Образ московского удельного князя XV века в отечественной историографии и источниках. Опыт сравнения

Автор: Кинёв Сергей Леонидович
Журнал: Вестник Томского государственного университета. История

Современная историческая наука в России, когда речь идет о времени образования единого русского государства, оказывается в весьма сложном положении. Данный период и связанные с ним проблемы относятся к числу наиболее мифологизированных. Еще в 1918 г. А.Е. Пресняков указывал на то, что история Руси XIV—XV вв. «стала жертвой теоретического подхода к матерьялу, который обратил данныя источников в ряд иллюстраций готовой, не из них выведенной схемы» [1. С. V]. Исследователь констатировал, что значительная часть материала по этой причине выпала из поля зрения историков, оказались разорванными связи между событиями, а их хронологическая последовательность нарушена. А.Е. Пресняков показывал на конкретных примерах явление, которое М.Д. Присёлков в 1940 г. обозначил как «потребительское отношение к источникам» [2]. В частности, он попытался обратить внимание на то, что большинство историков к тому моменту использовало в основном Никоновскую летопись (время создания 1520—1560-е гг.), «нарочитую переделку», по определению историка, а также зависимый от неё текст В.Н. Татищева. О последнем от себя можем добавить  и недостоверный. Упомянутые произведения лучше всего подходят для иллюстрирования заранее заготовленных схем русской истории XIV—XVI вв. И если выдающийся исследователь средневековой Руси, работавший в начале XX в., критиковал представителей так называемой государственной исторической школы, то М.Д. Присёлков также касался и проблем советской исторической науки. Читать далее

Смута на Руси во второй четверти XV в.

Автор: Михайлова И.Б.
Журнал: Вестник Санкт-Петербургского университета. История 2004

Более двух веков историки пытаются выяснить причины, понять характер, оценить последствия кровавой Смуты, потрясший Русь во второй четверти XV в. В историографии XVIII — XIX вв. ее трактовали как последнюю в «удельные» времена и единственную в Московском княжеском доме усобицу.1 По мнению ученых, причиной вражды Калитовичей стали разногласия по поводу принципа наследования власти: старинного родового или шедшего ему на смену семейного (от отца к сыну).2 Некоторые исследователи усматривали в событиях второй четверти XV в. отражение борьбы двух начал: децентрализаторского «удельного» и монархического — государственного.3 Однако уже М. Ф. Владимирский-Буданов, В. О. Ключевский и С. Ф. Платонов обратили внимание на активное участие в княжеских распрях народа. «За Василия же Васильевича стояло большинство населения, духовенство и боярство… народ уже оценил преимущества семейного наследования, ведшего к установлению единовластия, желаемого страною», — писал С. Ф. Платонов.4 Читать далее