Русско-Крымское противостояние в XVI в

Автор: Пенской В.В.,Пенская Т.М.
Журнал: Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: История. Политология 2017

Со смертью в 1505 г. Ивана III, создателя Русского государства, по праву заслужившего от современников прозвище Грозного, практически совпавшей по времени с крушением Большой Орды, «Престольной державы», в истории Восточной Европы начался новый, «постордынский», этап – этап борьбы за раздел ордынского наследства. К началу XVI в. позиции Москвы в этом споре выглядели предпочтительнее, но это не устраивало главных конкурентов Русского государства – Крымского ханства и Великого княжества Литовского. И поскольку сын и преемник Ивана Василий III не имел еще такого же авторитета и влияния, то соседи Москвы решили пересмотреть сложившуюся политическую ситуацию. Первым подал пример казанский хан Мухаммед-Эмин, который еще в 1505 г., прослышав о болезни Ивана III, пошел на открытую конфронтацию с Москвой. В 1506 г., одержав победу над полками Василия III, Мухаммед-Эмин обратился с предложением о союзе против «московского» к великому князю литовскому Александру Казимировичу и крымскому хану Менгли-Гирею I [LietuvosMetrika, 1995, s. 56, 59]. И в Вильно, и в Крыму с воодушевлением встретили инициативу казанца, и хотя полноценной тройственной коалиции (к которой наследовавший Александру Сигизмунд I попытался было привлечь еще и Ливонский орден) так и не сложилось, тем не менее резкий поворот во внешнеполитическом курсе Крымского ханства обозначился более чем однозначно. Как писал отечественный историк В.П. Загоровский, «в 1504-1506 гг. наметилось, а с 1507 г. определилось принципиальное изменение политического курса Крымского ханства. С этого времени на долгие годы Крым стал врагом России…» [Загоровский, 1991, с. 46]. Читать далее

«Невидимки» русской армии XVI века

Автор: Беляков А.В.
Журнал: История военного дела: исследования и источники  2013

Цель данной статьи – обратить внимание, как на отдельные категории служилых людей, так и на группы населения, чье основное занятие не было связано с несением воинской службы, но которые в отдельные моменты мобилизовались для выполнения каких либо государственных задач. Речь пойдет о служилых татарах, мордве и бортниках региона Восточной Мещеры. В более поздний период это территории Кадомского, Темниковского и некоторых прилегающих к ним уездов. Читать далее

Дипломатическая деятельность Богдана Бельского в 90-е гг. XVI в

Автор: Виноградов А.В.
Журнал: Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского 2017

Фигура Богдана Яковлевича Бельского давно привлекает к себе внимание историков. Биография этого государственного деятеля поражает чередой взлетов и падений, связанных с судьбоносными событиями отечественной истории. «Фаворит» Ивана Грозного и видный деятель последних лет его правления, он после известных событий 1584 года удаляется из Москвы и отправляется на воеводство в Нижний Новгород «без явных следов видимой опалы и даже с сохранением чина оружничего» [1, с. 30]. В качестве воеводы в Нижнем Новгороде он упоминается в разрядах под 7092 (1583/84) и под 7093 (1584/85) г. [2, с. 29; 3, с. 349]. Далее в служебной карьере Б.Я. Бельского следует перерыв. А.П. Павлов обратил внимание на то, что в боярском списке 1588/89 г. над именем Бельского стоит помета «в деревне» [1, с. 38]. Видимо, в это время он уже не воеводствовал в Нижнем Новгороде. Затем к 1591 году следует его возвращение в Москву и участие в ряде военных кампаний. При отражении крымского нападения в июле 1591 года он назначен быть в «прибыльных воеводах» в большом полку под командованием князя Федора Ивановича Мстиславского [2, с. 212]. В декабре 1591 года он назначен быть «с нарядом» также в большом полку в кампании против шведов [4, с. 11]. При этом по записям в разрядах он не теряет чин оружничего, но не упоминается как думный дворянин. Читать далее

Нижний Новгород в судьбе служилых татарских царей и царевичей в России рубежа XVI-XVII вв

Автор: Беляков А.В.
Журнал: Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского 2014

Нижний Новгород находится на пересечении речных путей из Астрахани в Москву. Благодаря этому, если ехать из понизовых городов и Сибири в столицу или обратно по воде, как по Волге, так и по Оке, он обязательно встанет у вас на дороге. Его стены видели восточных купцов, посольства мусульманских правителей, выходцев с Востока, стремившихся поступить на службу к московскому государю. В данном случае мы будем говорить о той роли, которую Нижний играл в судьбе многочисленных служилых царей и царевичей, живших в России на рубеже ХVI-ХVII вв. В подавляющем большинстве это потомки Чингисхана (Чингисиды) [1], хотя также известны представители иных династий. Разберем каждый случай в отдельности. При этом оговоримся сразу – нас не интересуют те случаи, когда тот или иной царь или царевич останавливался в городе по случаю участия в русско-казанских военных конфликтах. Разберем все известные нам сюжеты. Читать далее

Город Касимов и касимовские татары в смуту

Автор: Рахимзянов Булат Раимович
Журнал: Труды Исторического факультета Санкт-Петербургского университета 2012

Как и в любое другое время безвластия, в Смутное время центральная власть потеряла всякое влияние «на местах». По сути, бывшие уделы, земли и княжества вновь превратились в автономные образования, независимые от центра. Феодальная раздробленность в искаженном виде вновь вернулась в Россию. В то же время на территории Русского государства существовало Касимовское царство — последний из уделов, так и не ликвидированный ко времени Смуты. В 1600 г. вновь произошла смена династий в Касимове, и на ханский престол взошел представитель киргизкайсацкой династии — Ураз-Мухаммед. Как поведет себя этот новый правитель в сложное время, к какому лагерю примкнет сам и куда поведет вверенное ему население Касимовского царства? Следует ли оценивать все его поступки в эпоху Смуты так же, как и действия русской титулованной знати, без учета какой-либо национальной и религиозной подоплеки? Составляли ли единое целое касимовский хан и народ Касимовского царства, одинаково ли вели себя в различных ситуациях, обрушившихся на страну? Что двигало как Ураз-Мухаммедом, так и касимовскими татарами в их выборе? Вот сложный спектр вопросов, который встает перед исследователем Касимовского царства в Смуте. Читать далее

Правление Елены Глинской в оценке источников и исследователей

Автор: Шапошник Вячеслав Валентинович
Журнал: Палеоросия. Древняя Русь во времени, в личностях, в идеях 2017

Великая княгиня Елена Васильевна Глинская фактически правила Русским государством после смети мужа Василия III. Как же ее правление оценивают источники, и воспринималась ли она законной правительницей в их изложении? И как к ее правлению относятся исследователи? Обратимся к материалам XVI века. Читать далее

Эволюция статуса касимовского ханства в рамках русской государственности

Автор: Сафаргалиев Юрий Владимирович
Журнал: Вестник Чувашского университета 2008

Касимовское ханство – сложное государственное образование, возникшее в середине XV в. и просуществовавшее до 1681 г. Особенность ханства заключается в том, что оно существовало в рамках Русского государства, но с законами и порядками, характерными для татарских государств. Московские князья давали в удел выходцам из татарских орд и другие земли, но только в Касимовском ханстве сложились условия, способствовавшие формированию касимовских татар в качестве субэтноса татарского этноса. Читать далее

Статус касимовских чингизидов при Василии II и Иване III по данным письменных источников

Автор: Несин Михаил Александрович
Журнал: Золотоордынское обозрение 2017

В современной историографии вопрос о статусе Касимова в XV – нач. XVI в. остается дискуссионным [4; 30]. В соответствии со своими взглядами на него исследователи характеризуют положение касимовских правителей либо как зависимое от московской великокняжеской власти, либо, наоборот, как в значительной степени самостоятельное. Читать далее

Кампания 1472 г. победа на Оке

Автор: Алексеев Ю.Г.
Журнал: Вестник Санкт-Петербургского университета. История 2005

События 1472 г. на южном рубеже Русской земли обычно не привлекают особого внимания историков. Н.М. Карамзин и С.М. Соловьев ограничиваются кратким пересказом летописных известии без их анализа и оценки событий.1 К.В. Базилевич дал краткий, хотя и содержательный, анализ событий, используя Воскресенскую, Софийскую II и Львовскую летописи и Великокняжеский свод конца XV в. (ВКЛ).2 В.В. Каргалов приводит краткий очерк событий, отмечая основной факт — военное поражение Ахмата.3 Наибольшее значение событиям 1472 г. придает A.A. Горский, считая их фактическим концом зависимости от Орды, но его внимание сосредоточено на политических, а не военных сюжетах.4 Н.С. Борисов посвятил событиям 1472 г. всего несколько строк, отказавшись от анализа по существу («сведения источников туманны, а мнения историков противоречивы»).5 Военные историки также не проявляют к событиям 1472 г. никакого интереса. В трудах Е.А. Разина и A.A. Строкова нет ни одного слова об этих событиях, хотя оба советских историка (в отличие от их дореволюционных предшественников) относятся к русской военной истории с должным уважением и вниманием. Читать далее

Чужая война. Иван III и татары глазами польских и литовских хронистов

Автор: Пилипчук Я. В.
Журнал: История военного дела: исследования и источники 2015

Одним из знаковых событий конца XV в. для Восточной Европы стало «стояние» на Угре. Оно явилось своеобразным водоразделом в отношениях русских и татар. Говорить о вассальной зависимости Москвы от какого-либо татарского юрта после 1480 г. уже нельзя, а московские «поминки» крымским Гиреям отличались от выхода-хараджа золотоордынским ханам. Вопрос об освобождении Русского государства от татарской власти достаточно хорошо исследован российскими ученными, а также британскими и американскими русистами в англоязычной историографии. Целью данного исследования является анализ текстов польских и литовских источников, рассказывающих о русско-татарских отношениях перед «Стоянием на Угре». Читать далее