Князья Щенятевы — воеводы Московского государства XVI в.

Автор: Белов Никита Васильевич
Журнал: Историческое обозрение. 2020

Историческая память избирательна. Княжескому семейству Щенятевых в этом отношении явно не повезло: на страницах исторических исследований и научно-популярной литературы представители этого рода появлялись от случая к случаю, их имена упоминались лишь вскользь, как бы ненароком. Несмотря на живой интерес, который историческая наука в последние десятилетия проявляет к истории аристократических родов и воеводскому корпусу XVI в., сколь-нибудь значительной работы о князьях Щенятевых так и не появилось. За прошедшие полтора столетия уровень изученности этой княжеской фамилии не поднялся выше сухих словарных статей1. Попыткой хотя бы отчасти исправить подобную несправедливость должно стать монографическое исследование, в настоящее время подготавливаемое автором данных строк. Тем не менее, вопрос о воеводском умении Щенятевых, их вкладе в военную историю Московской Руси XVI в. требует отдельного рассмотрения в рамках настоящей статьи. Читать далее

Торопец в период междуцарствия (1610-1612)

Автор: Рабинович Яков Николаевич
Журнал: Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия История. Международные отношения 2017

О событиях начального этапа Смутного времени в районе древнего русского города Торопца имеется некоторая информация в трудах исследователей, которые сообщают о противоборстве между сторонниками царя Василия Шуйского и тушинцами. Жители Торопца во главе с воеводой князем А. Ф. Жировым-Засекиным в июле 1608 г. присягнули Лжедмитрию II, а менее чем через год в мае 1609 г. этот город был освобожден от тушинцев в ходе похода князя М. В. Скопина-Шуйского из Великого Новгорода к Москве. В дальнейшем Торопец оставался верен царю Василию вплоть до его свержения летом 1610 г. Читать далее

Оборона Воронежа от поляков в 1617 году

Автор: Чесноков Игорь Владимирович
Журнал: БЕРЕГИНЯ.777.СОВА 2016

В военной истории Воронежа есть один интересный эпизод, до сих пор мало освещенный русской историографией. Это оборона Воронежской крепости от нападения крупного польско-литовского отряда в феврале 1617 года. В рамках русско-польской войны 1609-1619 гг., осады Смоленска и битвы под Москвой это, конечно, только эпизод, хотя именно из таких победных эпизодов и сложилась победа в самой подлой в истории России иноземной интервенции. Читать далее

Белгородская черта в контексте формирования государственной стратегии обороны южной окраины России

Автор: Папков А. И.
Журнал: История: факты и символы 2020

Не вызывает сомнения, что строительство Белгородской черты определило судьбу Центрального Черноземья и оказало серьезное влияние на историю России второй половины XVII столетия. С этого времени и практически на столетие история укреплённых линий стала историей освоения Россией прилегающих пространств. В результате граница России на всем пространстве Восточной Европы, от границы с Польшей до Урала, оказалась впервые в русской истории защищена от набегов. В многовековом противостоянии земледельцев и кочевников наступил перелом. Трудно предположить, что такой грандиозный проект возник одномоментно. Вероятно, целесообразно попытаться определить его предпосылки. Начать их поиск можно с события, которое традиционно именуется «стоянием на Угре». Как событию политической истории России ему уделено достойное внимание [14, с. 168-174; 22, с. 74]. С точки зрения истории военного дела, «стояние» также представляет значительный интерес [16, с. 110-132]. Можно согласиться с указанием на психологический барьер, из-за которого было сложно заставить себя вести активные действия против «главного» татарского хана, в течение более чем двух столетий считавшегося правителем более высокого ранга, чем кто-либо из русских князей [6, с. 173; 1, с. 120]. Думается, что сочетание этого фактора и специфики ведения войны в степи, где в XV в. основным противником Руси выступала татарская конница, в условиях появления в русском войске артиллерии, отразилось не только на тактических приемах скоротечных полевых сражений с татарами [20, с. 54], но и на выработке долговременной стратегии противодействия Орде и ее наследникам. При этом, можно предположить, что разгром татар в полевом сражении в 1380 г., которому предшествовало выдвижение русских войск достаточно глубоко в степь, не означал победы над Ордой, поскольку ордынцами командовал не законный хан, а темник Мамай. Более того, в военно-политическом отношении успех Куликовской битвы во многом был нивелирован разгромом Москвы в 1382 г. Тохтамышем. Читать далее

Лаврентий Мигалев: выходец из Венгрии на Белгородской черте

Автор: Ракитин А.С.
Журнал: Славянский мир в третьем тысячелетии 2014

Служилые иноземцы в гарнизонах южнорусских городов-крепостей XVII столетия были явлением не редким. Среди них встречались этнические поляки и белорусы1, немцы2 и шведы3. Но наиболее распространены были украинцы (черкасы)4. По окончанию Смоленской войны (1632-1634 гг.) произошла активизация их движения (так называемые «выходы») на территории русских уездов, пограничных с Речью Посполитой. Пик подобных миграций пришелся на период освободительной войны на Украине 1648-1654 гг.5, в частности после поражения от поляков войска гетмана Богдана Хмельницкого под Берестечком (конец июня 1651 г.). Разорение хозяйства вследствие татарских набегов и давления со стороны польской администрации побудили многих украинцев сниматься с родных мест и уходить на российскую территорию целыми семьями и даже полковыми сотнями. Переселяясь на малоосвоенные земли плодородного юга Московского государства, украинцы приносили с собой казацкий уклад жизни, что послужило главной причиной для возникновения ряда новых (так называемых слободских6) полков: Острогожского, Сумского, Харьковского, Ахтырского, Изюмского, Балаклейского и Змиевского. Читать далее

Вопрос о сооружении русских городов на Волге в московско-ногайских взаимоотношениях середины 1550-х гг

Автор: Дубман Э.Л.
Журнал: Вестник Самарского государственного университета 2012

Осенью 1586 г. между Большой Ногайской Ордой и Россией началась настоящая дипломатическая война. Бий Орды Урус был возмущен строительством в Заволжье и Южном Приуралье русских городов Самары и Уфы. Ногайская знать всерьез опасалась, что Москва совместно с волжско-яицкими казаками «отнимет» у них наиболее продуктивные летние кочевья по рекам Самаре, Кинелю, Илеку, Иргизу и др. В разразившейся полемике обе стороны использовали самые различные аргументы для доказательства своей правоты. Ногаи опирались, прежде всего, «на старину», утверждая, что никогда русских городов здесь не было («… ты (Федор Иоаннович. — Э.Д.) на четырех местах хочешь городы ставити: на Уфе, да на Увеке, да на Самаре, да на Белой воложке. А теми месты твои деды и отцы, владели ли?». Московские дипломаты объясняли, что появление русских городов было направлено, прежде всего, для защиты ногайских кочевий от нападений казаков [1, с. 121]. Читать далее

Полоцкий поход 1562/1563 г. как переломный момент в карьере русских аристократических семейств: источниковедческий аспект

Автор: Подчасов Николай Алексеевич
Журнал: Вестник Московского университета. Серия 8. История
2015

В конце 60-х — начале 90-х гг. XX в. трудами В.И. Буганова были опубликованы Разрядные книги, представляющие собой специальное делопроизводство Разрядного приказа. Публикации предшествовала огромная исследовательская работа по сопоставлению, проверке и систематизации сохранившихся разрядных источников. Таким образом, данная разновидность источников стала доступной для исследователей и получила теоретическое оформление. Разрядные книги как источник становились в ряде случаев предметом специальных исследований1. Однако возможности их использования для выяснения конкретных исторических вопросов еще не получили достаточной разработки. Читать далее

Проблема социального происхождения дьяков Ивана IV в контексте исследования ранних этапов развития российской бюрократии

Автор: Савосичев Андрей Юрьевич
Журнал: Ученые записки Казанского университета. Серия Гуманитарные науки
2013

Наверное, вся история Российского государства это история поиска оптимальной модели управления нашим обширным Отечеством. Одна из таких моделей – бюрократическая – господствует в России и до сего дня. У неё есть свои достоинства и недостатки. При этом достоинства считаются как бы сами собой разумеющимися и фактически не замечаются обществом, а вот борьбе с недостатками бюрократической системы и граждане и государственные деятели посвящают много времени и сил, начиная, пожалуй, ещё с эпохи Александра Благословенного. Читать далее

К истории повседневной жизни Бронной слободы второй половины XVII века, или о том, как Дракула со своей женой подрался

Автор: Орленко С.П.
Журнал: Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского 2018

Середина XVII столетия стала чрезвычайно тяжелым периодом для русской столицы и для придворных мастерских. Московская чума 1654 г. нанесла тяжелый удар по личному составу Оружейной палаты, приказов Золотого и Серебряного дела. Возведенному в конце 1656 г. в чин «оружничего с путем» окольничему Богдану Матвеевичу Хитрово [1, с. 85] предстояло решать непростую задачу по восстановлению нормальной деятельности этих ведомств. Действенным способом восполнить кадровые потери стал перевод в Москву значительного числа ремесленников из городов, отвоеванных у Польско-Литовского государства. Читать далее

Русское посольство в Англии в 1662-1663 гг

Автор: Киселев Александр Александрович, Парубочая Елена Федоровна
Журнал: Вестник Томского государственного университета 2018

История англо-русских отношений в XVII в. претерпела разные этапы. В первой половине столетия отношения между двумя державами активно развивались, но казнь короля Карла I Стюарта в 1649 г. привела к их охлаждению. В 1650-е гг. Россия поддерживала находившихся в эмиграции Стюартов. Когда в 1660 г. они вернулись и английский трон занял король Карл II, русский царь Алексей Михайлович пожелал установить отношения с «Братом Нашим, Великим Государем». Так, в 1662 г. из Москвы в Лондон отправилось огромное посольство численностью более ста человек во главе с князем П. С. Прозоровским и дворянином И.А. Желябужским. Читать далее