Российское таможенное право и таможенное законодательство в XVII веке

Автор: Балковая В. Г.
Журнал: Ленинградский юридический журнал 2006

Один из наиболее важных этапов в истории отечественного права приходится на время правления царя Алексея Михайловича (1645—1676). В это время подводились итоги средневековой истории российского права и закладывались основы для его перехода на качественно более высокий уровень в условиях утверждения абсолютной монархии.

В российском праве XVII в. ярко проявились такие важные тенденции, как стремление к унификации правовых норм в пределах всего централизованного государства, утверждение приоритета законодательного регулирования над обычно-правовым.

Эти тенденции в полной мере проявились и в развитии таможенного права в описываемый период. Несмотря на то, что еще и в XVII в. большинство российских законодательных актов носило комплексный межотраслевой характер, таможенное право стало одной из первых отраслей, в которых сформировалась своя собственная система источников права. Это позволило государству сформировать основы государственно-правовой политики в сфере таможенного дела и превратить законодательство в инструмент проведения этой политики. Целенаправленный характер проводимых в соответствии с этой политической линией мероприятий был невозможен в предшествующий период. В совокупности эти мероприятия составили одну из наиболее крупномасштабных в российском государстве таможенных реформ 1653—1667 гг. Среди прочего, важным результатом этой реформы стало оформление системы источников таможенного права.

Ядром системы источников таможенного права этого периода стали документы уставного характера — Уставная грамота 1653 г. (так называемый Торговый устав), Уставная грамота 1654 г. и Новоторговый устав 1667 г., поэтому будет уместным коснуться истории становления на Руси устава как законодательной формы.

Уставы как законодательная форма на Руси известны с конца X в., первоначально они возникли как источники церковного канонического права.1 В Московском централизованном государстве эта форма была воспринята светским правом. Как писал М. Ф. Владимирский-Буданов, известный исследователь истории российского права, «под уставами разумеются специальные узаконения для известного ведомства или какой-либо части материального права».2 Именно в этом значении уставы были восприняты для регулирования таможенного дела.

Первые уставные грамоты в сфере таможенного дела появились в конце XV в., когда интенсивно велся процесс создания единой централизованной государственности.3 Первые уставные таможенные грамоты носили территориально и предметно ориентированный характер, они регламентировали деятельность конкретных таможен на определенной территории, определяли порядок их укомплектования, закрепляли систему таможенных пошлин и сборов и способы их исчисления. В условиях незавершенной централизации эти уставные грамоты носили характер соглашения между центральной властью и тем или иным городом или торгом: великий князь шел на признание существовавшей на данной территории системы таможенных пошлин, а город или торг, в свою очередь, признавал власть Москвы. В этих актах ярко проявлялось достаточно неустойчивое положение великокняжеской власти в указанный исторический период. Это выразилось, в частности, в сохранении элементов обычно-правового регулирования в сфере таможенного дела, включении норм обычного права в законодательство. Практически во всех грамотах этого периода содержалось прямое требование «все таможенные пошлины держати по старине»,4 великокняжеская власть возлагала на себя обязанность охранять местные обычаи.

Однако наряду с сохранением норм обычного права центральной властью вводились и новые нормы, отличные от существовавших ранее. Например, в Уставной Дмитровской таможенной грамоте «по старине» была закреплена тамга5 в размере один алтын (3 к.) с рубля, в то же время теперь для московских купцов размер пошлины устанавливался в половинном размере, 3 деньги (1,5 к.) с рубля. Такая мера была направлена на усиление экономических связей со столицей. Подобная дифференциация закреплена и Весьегонской таможенной грамоте, в которой для торговцев из Московских волостей, Новгорода Великого, Твери и Пскова установлена тамга с рубля по четыре деньги (2 к.), а для «рязанцев или казанцев також и всяких иноземцев» аналогичная пошлина составила семь денег (3,5 к.).

В ранних уставных таможенных грамотах, изданных до середины XVI в., наглядно отразилась важная особенность процесса централизации русских земель, в котором политическая централизация обогнала экономическую. Уже к 1550 г. Московия превратилась в единое политическое пространство, однако временем формирования единого всероссийского рынка стал лишь следующий, XVII в.

В течение второй половины XVI и в первой половине XVII вв. издание уставных грамот продолжалось, однако их характер изменился, так же как изменились и цели их издания.6 В этот период еще сохранялась территориальная специализация норм таможенного законодательства, что видно из разного перечня пошлин, собиравшихся в разных регионах страны, из разных правил их исчисления. Однако со второй половины XVI в. усиливаются тенденции к сближению таможенного обложения в пределах всего российского государства, в чем важную роль играет центральная власть. В Уставной таможенной грамоте Торговой стороны Великого Новгорода, принятой после карательного похода Ивана IV на Новгород в 1571 г., закреплены нормы исчисления тамги для жителей Великого Новгорода в размере 1,5 деньги с рубля, для жителей других городов Московского государства 4 деньги с рубля, иностранцев 7 денег с рубля.7 Практически так же рассчитывалась тамга по Суздальской уставной таможенной грамоте 1606 г.8

Подобная тенденция прослеживается и в расчете штрафных пошлин, в частности, протаможья.9 В Новгороде оно устанавливалось для жителей российских городов в размере 40 к. с 50 к. стоимости необложенного пошлиной товара, при этом товар возвращался владельцу. Подобная пропорция выдерживалась и в Суздале, где размер протаможья устанавливался в размере «тридцать алтын без гривны с рубля» — т. е., 80 к. с 1 р. товара, при этом товар возвращался владельцу. В обоих случаях была закреплена норма, в соответствии с которой в случае неуплаты протаможья товар конфисковывался «на Великаго Государя».

Уставные документы в сфере таможенного дела, изданные во второй половине XVII в., в ходе таможенной реформы, значительно отличались от уставных грамот предшествовавшего периода. Главное отличие было в их универсальности, попытке создать единые таможенные нормы на территории всего российского государства. Поэтому в этих уставных документах не указано место действия акта (подразумевалось все российское государство); все многообразие пошлин, исторически сложившихся в разных российских городах, заменялось одной рублевой пошлиной, сбор которой был четко регламентирован в масштабах всего государства; была сделана попытка ввести единые правила укомплектования таможен — абсолютизировать в масштабах страны «верный способ».10 Все эти мероприятия свидетельствовали о значительной работе по унификации законодательства.

Уставные документы издавались либо единолично царем, либо царем совместно «с боярским приговором». Коллегиальное принятие документа свидетельствовало об особой значимости данного акта.

Законодатель (для обеспечения неприкосновенности своих узаконений) выработал особые правила хранения принятых документов: кафедральный Успенский собор Московского Кремля был превращен в главное хранилище законодательных актов. В частности, первый экземпляр Соборного уложения был положен на вечное хранение в этот собор. Однако некоторые таможенные акты также хранились там, что свидетельствовало об их особой значимости. Например, в тексте уставной грамоты 1654 г., отменявшей откупа, специально сделана развернутая приписка о том, что сделано два контрольных экземпляра документа. Первый хранился в Успенском соборе, чтобы «сама небесная Царица Богородица <.. .> сие наше царское повеление соблюдающе», второй экземпляр хранился в государевой казне. Оба они были собственноручно подписаны Алексеем Михайловичем и запечатаны золотыми печатями. Грамота оканчивается повелением: «да будет сие наше Царское Богоугодное законодательство твердо и непоколебимо вовеки».11

Конечно, в тех условиях такое повеление можно расценивать как пожелание, однако попытка создать законоположение, действующее «непоколебимо вовеки», свидетельствовала о желании верховной власти утвердиться в таможенной сфере, подчинить ее высочайшей воле.

Важнейшим мероприятием таможенной реформы было установление рублевой таможенной пошлины, вводившейся вместо тамги и ряда других торговых пошлин. Как было записано в документе, «впредь свою Государеву таможенную пошлину имати с весчих и невесчих всяких товаров, и с хлеба на Москве и в городах с тутошних жилецких и с приезжих, со всяких чинов людей, рублевую пошлину, с продавцов по десяти денег с рубля, почему который товар ценою на деньги будет (т. е. 5 к. с рубля объявленной стоимости. — В. Б.). А которые наперед сего сбирывались на Москве и в городах с весчих и невесчих товаров проезжие, рублевые и всякие мелкие пошлины, и те проезжие и мелкие всякие сборы отставить».12 Это было очень важным установлением, потому что по совокупности в разных землях российского государства собирали свыше трех десятков различных видов сборов, которые были сгруппированы в четыре большие группы — торговые, проезжие, за обслуживание, штрафные. Так как в разных землях набор этих пошлин и правила их исчисления нередко устанавливались обычаем и нигде документально не фиксировались, никто их в полном объеме не знал. Это вело к массовым злоупотреблениям со стороны должностных лиц таможен и препятствовало развитию экономических связей в пределах всего государства.

Уплата рублевой пошлины производилась в два этапа: на первом этапе с денег, явленных на покупку товара (5 денег, т. е. 2,5 к. с рубля), а затем при продаже товара (5 денег, т. е. 2,5 к. с рубля стоимости проданного товара). Хотя традиционно размер тамги был ниже этой суммы, за счет других торговых пошлин окончательная сумма платежей была примерно такой же, а с учетом незаконных поборов сотрудников таможен и выше. Таким образом, установление четких правил исчисления таможенных сборов объективно было направлено против злоупотреблений в таможенной сфере, оно было выгодно как государству, так и торговцам.

Помимо унификации таможенного налогообложения, этот документ унифицировал процедуры таможенного оформления. При путешествии с товарами между городами купцам было запрещено торговать в населенных пунктах, в которых не было торга. Иногородние купцы, приехав на торг, обязаны были ставить свои товары только на гостиных дворах, где сразу, еще до спуска товаров на землю, производилось таможенное оформление. Торговым людям предписывалось «товаров своих и денег на покупку товаров не таити и цены с товаров не убавливать, <…> продажную цену сказывать прямо в правду без всякой хитрости».13

Государственные санкции, применявшиеся к нарушителям таможенных правил, также были унифицированы. Если торговые люди были виновны в том, что впервые утаивали часть своих товаров или денег, то эти товары и деньги конфисковывались «на государя бесповоротно». Если же это делалось неоднократно, то наряду с конфискацией к купцу надлежало применить болезненное наказание — «бить кнутом нещадно». При этом допускалось сыскивать про утаенные товары и про цену «всякими сысками накрепко; а буде кто доведется пытки, того пытати».

В ходе реформы было много сделано для унификации таможенного оформления. На всех торгах ежегодно заводились новые таможенные книги, в которые вписывались «особой статьей» явленные товары и сумма полученных платежей. В том случае, если купец уезжал из города, не продав товар, он должен был получить в таможенной избе особую выпись, подписанную должностным лицом таможни и заверенную печатью, на увозимый товар. В этой выписи указывалось количество товара и то, что пошлина за него уплачена. В противном случае купец, не имеющий выписи, должен был снова уплатить пошлины в том городе, куда приехал на торг.

В XVII в. много было сделано для унификации мер веса и длины. Специальным распоряжением из государственных приказов развозились в таможни «орленные» (т. е. запечатанные с двух сторон гербом) аршины, клейменные бочки и весы. Это позволило сформировать единую систему мер в пределах всего централизованного государства, что способствовало формированию единого всероссийского рынка. Однако этот факт имел как положительные, так и негативные последствия: за прокат указанных аршинов, весов и бочек торговцы должны были уплачивать достаточно большие сборы. Таким образом, почти одновременно с упразднением старой системы мелочных торговых сборов, существовавших в отдельных землях, начала формироваться новая система косвенных сборов в пределах всего централизованного государства.

Другим важным документом стала ранее уже упоминавшаяся уставная таможенная грамота, отменявшая откупа.14 В этой грамоте указано, что наряду с государственными существовали мосты, мыты и перевозы, установленные по инициативе частных лиц на их землях, при этом как разрешенные государством, так и неразрешенные; эти мосты, мыты и перевозы отдавались на срок откупщикам, которые требовали с проезжавших «лишнее воровски», чем «прибытки себе чинили многие». Потому уплата старых проезжих пошлин (мыта, головщины, мос-товщины, перевоза) отменялась во всех частных владениях и частично на государственных землях. Таким образом, проезжие пошлины также были включены в рублевую пошлину, введенную в 1653 г. и собиравшуюся на торгах верными таможенниками. Вместе с тем сохранялись перевозы через великие реки — Волгу и Оку, однако и здесь была проведена унификация в отношении как государственных, так и частных перевозов — была оговорена сумма, взимавшаяся за услугу. Так, за переправу большой двойной телеги уплачивалось 10 денег (5 к.), одинокой товарной телеги 6 денег (3 к.), проезжих безтоварных телег — 4 деньги (2 к.), всадника — 3 деньги (1,5 к.), пешего человека — 1 деньга (0,5 к.). При переправах через малые реки размер перевозных пошлин устанавливался в два раза ниже.

Принятие всероссийских уставных таможенных грамот стало поворотным пунктом в истории отечественного таможенного дела, так как в них были закреплены стратегические подходы к формированию государственной таможенной политики, они стали основой для оформления принципиально новой нормативной базы в сфере таможенного дела (на их основе были приняты именные указы, приговоры Боярской думы и Большой казны, памяти отдельным таможням). Таким образом, в пределах всего централизованного государства был осуществлен переход от обычно-правового таможенного регулирования к законодательному.


1 См.: Устав Князя Владимира Святого «О судах церковных и десятине» II Российское законодательство X—XX века: В 9-ти т. М., 1984. Т. 1. С. 139—142, 148—152; Устав князя Ярослава Мудрого «О судах церковных» II Там же. С. 168—172, 189—184.

2 Владимирский-Буданов М. Ф. Обзор истории русского права. Ростов нД, 1995. С. 274.

3 Напр., Белозерская уставная таможенная грамота от 21 мая 1497 г. II Памятники русского права. М., 1958. Вып. 3. С. 184—192.

4 См.: Уставная Дмитровская таможенная грамота 1521 г. II Акты археографической экспедиции (Далее — ААЭ). СПб., 1836. Т. 1. С. 138—139; Уставная Весьегонская таможенная грамота от 4 августа 1563 г. II Там же. С. 291—297.

5 Тамга — наиболее важная из торговых пошлин, введенная в период феодальной раздробленности монголо-татарами на подчиненных территориях и после проведения политической централизации взимавшаяся практически во всем российском государстве.

6 См., напр.: Уставная грамота таможенной пошлины Торговой стороны Великого Новгорода от 17 марта 1571 г. II Великий Новгород во второй половине XVI в.: Сборник документов I Сост. К. В. Баранов. СПб., 2001. С. 17—35; Уставная грамота от 1606 г. (О сборе таможенных пошлин в г. Суздале II ААЭ. СПб., 1836. Т. 2. С. 144—146).

7 Уставная грамота… Великого Новгорода от 17 марта 1571 г. С. 17—20.

8 ААЭ. Т. 2. С. 145.

9 Протаможье — штрафная пошлина, установленная за спуск товара с воза до уплаты торговых пошлин.

10 Верный способ — способ, при котором к службе в таможне привлекались представители свободного населения (по выбору или по назначению), при этом таможенник приносил присягу, а затем нес службу в течение определенного срока в порядке государственной повинности, не получая за это жалованья. Второй способ укомплектования — откупной — заключался в передаче частным лицам таможен на срок за определенную сумму, что вело к массовым злоупотреблениям, и потому государство постепенно от него отказалось. Наиболее решительной попыткой стало принятие уставной грамоты 1654 г. Впрочем, правительство не было последовательным в этом вопросе, в связи с чем последние откупные таможни были отменены уже при Александре I.

11 Уставная грамота от 30 апреля 1654 г. (О злоупотреблениях, происходящих от отдачи на откуп мытов, мостов, перевозов, съестных и других припасов, о стеснении тем народной промышленности и об уменьшении для сего некоторых налогов II Полное собрание законов Российской империи (Далее — ПСЗРИ). СПб., 1830. Т. 1. С. 329—332).

12 Именной указ с боярским приговором от 25 октября 1653 г. (О взимании таможенной пошлины с товаров в Москве и в городах, с показанием по сколько взято и с каких товаров» II ПСЗРИ. Т. 1. С. 302—305).

13 Там же. С. 303.

14 Уставная грамота от 30 апреля 1654 г. (О злоупотреблениях, происходящих от отдачи на откуп мытов, мостов, перевозов) II ПСЗРИ. Т. 1. С. 329—332.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *