Правовое регулирование тюремного заключения в России во второй половине XVII века

Автор: Нарышкина Н. И.

Правовым документом, существенно расширившим сферу применения тюремного заключения, явилось Соборное уложение 1649 г.1 У поминание о тюрьмах и тюремном заключении встречается в нем в 60 статьях, законодатель использует формулировки «вкинути», «послати», «посадити», «сажати в тюрму», «держать в тюрме», причем наиболее часто употребляются термины «вкинути» и «посадити».

Заключение в тюрьму назначалось в качестве самостоятельного наказания в 44 статьях. Оно могло быть основным видом наказания и предусматривалось: за бесчестье; убийство сына, дочери; разбой; содержание корчмы (16 статей).

Часто тюремному заключению сопутствовали следующие дополнительные меры: «животы (имущество виновного) отдать в выть (вознаграждение истцу)»; публичное церковное покаяние; «бесчестье», (денежное возмещение в пользу оскорбленного); следовало взять от преступника письменное обязательство в том, что он «впердь никакова дурна не учинити»2.

Значительно чаще тюремное заключение назначалось в качестве дополнительного наказания: за ранение, увечье; ношение оружия на государевом дворе; кражу; самовольное освобождение от военной службы; мошенничество; уничтожение государевых грамот; разбой и др. (28 статей).

В 22 случаях тюремное заключение назначалось дополнительно к битью кнутом, причем иногда использовались формулировки «бив кнутом по торгом», «бити у приказа кнутом на козле», своего рода квалифицированные виды данного наказания; в 4 случаях – к битью батогами; в 3 – к отрезанию ушей; в 2 – к торговой казни.

Принципиально новым положением стало закрепление в нормах Соборного уложения наказания в виде ссылки, следовавшего после тюремного заключения: «…и его сослать в Украинные же городы, где государь укажет.»3. Причем отличия тюремного заключения от ссылки в данный период проследить весьма сложно, поскольку достаточно часто ссыльные подвергались заточению в тюрьму в таких случаях, как:

– побег. В частности, согласно грамоте Туринскому воеводе Ивану Суздальцову от октября 1673 г. предписывалось сосланных из Москвы в Тобольск изменников и клятвопреступников с семьями содержать в Тобольске «за крепкими караулы скованных», а затем разослать по разным острогам и следить, чтобы они не совершили побег. Впоследствии один из этих ссыльных бежал, и царь велел, чтобы остальных, каждого в своем месте, посадить скованных в тюрьмы «до Государева указу» и держать «с великим бережением, а из тюрем никуда не выпускать». В данном случае тюрьма, сначала не упоминавшаяся как место заточения по отношению к ссыльным, хотя, возможно, подразумевавшаяся под выражением «за крепкими караулы скованных», была применена после совершения побега, но не к виновному, а к остальным, находившимся в разных острогах и не имевшим к совершению преступления отношения;

– прибытие к месту ссылки. В соответствии с вышеуказанной грамотой от 1673 г. «по Государеву указу посланы в Сибирь в ссылку прапорщик Никита Опалинский да дети Боярские с семьями до Тобольска, а в Тобольске велено. Никиту Опалинского с товарищи, посадить в тюрьму скованных, до Нашего Государева указа», а затем предписывалось распределить ссыльных по разным острогам. Видимо, подобная мера свидетельствовала о высокой степени опасности ссылаемых лиц для государственной власти или о большой вероятности совершения ими побега;

– отсутствие поручителей. Очевидно, несмотря на предпринимаемые меры, побеги из ссылки совершались, поэтому все ссыльные должны были отдаваться на «крепкие поруки, чтобы не сбежали», а если поручителя не найдется, а люди станут говорить, что тем или иным ссыльным «верить нельзя. то тех метати в тюрьму до Государева указа»4.

Важный шаг сделал законодатель в определении сроков заключения в тюрьму в качестве основного и дополнительного наказания. В Соборном уложении 1649 г. наряду с принципом неопределенности наказания, выражавшимся в формулировках «послати в тюрму, насколько государь укажет», «вкинути в тюрму», в большинстве случаев предусматривались строго фиксированные сроки: 3 и 4 дня, 1, 2 и 6 недель, 1, 3 и 6 месяцев и 1, 2, 3 и 4 года. Тюремное заключение также могло назначаться на срок 1 день согласно грамоте в Белгород окольничему и воеводе князю Ромодановскому от 25 июня 1664 г. «О посажении Воеводы Ляпунова в тюрьму на день за неприбытие на службу» и именному указу можайскому воеводе Воейкову от 20 октября 1669 г. «О заключении его в тюрьму на день, за принятие сказок, в коих написаны непристойные речи, и о наказании батогами подьячего, писавшего оныя сказки»5.

Отмечаем также, что нормы о пожизненном тюремном заключении, в отличие от судебников 1550, 1589 гг., Уставной книги Разбойного приказа, в исследуемом документе отсутствуют, хотя использование неопределенной формулировки «вкинути в тюрму», иногда несколько конкретизировавшейся словами «насколько государь укажет», дает основание предполагать, что пожизненное содержание узников в тюрьме было возможным.

Вместе с тем В.Б. Спицнадель, ссылаясь на мнение Н.Д. Сергиевского, отмечает, что в соответствии со ст. 28 гл. ХХI лицо, которое поймают при разбое, но которое с двух пыток не сознается, а в «обыску» многие люди скажут, что знают его «разбоем и иным лихими делы», подлежит заключению в тюрьму «по смерть»6. В тексте указанной статьи Соборного уложения о заключении «по смерть» не упоминается, а Н.Д. Сергиевский просто выражает мнение о том, что подобный разбойник не может быть наказан ординарно, а должен подлежать пожизненному заключению7.

Основные цели уголовного наказания, которые можно выявить из анализа норм Соборного уложения 1649 г., – это устрашение населения и общая превенция «… чтобы на то смотря иным неповадно было впредь так делати…»8. М.Ф. Владимирский-Буданов считает, что применение тюремного заключения в рассматриваемый период наводит на предположение об идее исправления преступника (исходя из трактовки термина «наказать» – научить, исправить)9.

Несоответствие тюремного заключения такой цели наказания, как устрашение населения, заключается в следующем: во-первых, реализация цели устрашения возможна при публичном исполнении наказаний в сочетании с их жестокостью, чему явно не соответствует тюремное заключение, назначаемое в качестве основного наказания, тогда как помещение в тюрьму, следовавшее после телесных и членовредительных карательных мер, вносило элемент его соответствия господствующей в обществе цели наказания и принципу публичности его исполнения; во-вторых, тюремное заключение в качестве основного наказания применяется значительно реже, чем в качестве дополнительного к членовредительным и телесным наказаниям; в-третьих, сроки тюремного заключения как основного наказания, как правило, незначительны: 1, 2, 4, 6 недель, тогда как более длительные сроки тюремного заключения возможны только в сочетании с членовредительными и телесными наказаниями: 1-4 года.

Как предварительная мера тюремное заключение фигурирует в 8 статьях Соборного уложения, а также в более поздних грамотах и указах:

– в качестве замены порук: «А будет он в том по себе поруки не зберет, и его вкинути в тюрму до тех мест, покамест он в том себе поруки зберет», «дать на чистую поруку с записью, а не будет поруки, посадити в тюрму, докуды по нем порука будет»10;

– по подозрению в совершении измены. Статья 6 гл. VI Соборного уложения предусматривала следующее «А будет кто порубежных городов помещики и вотчинники почаюют в людех своих и во крестьянех какое дурно или измену, и им про то извещати государю, и в городах о том воеводам подавать изветные чело-битныя, и людей своих и крестьян приводити. А тех людей. распрашивати и сыскивати про них. и писати о том к государю, а тех людей, на кого будет извет, до государева указу сажати в тюрму»;

– до выяснения факта отбытия наказания в виде тюремного заключения. Статья 19 гл. ХХI Соборного уложения предписывала следующее «где объявятся люди, у которых уши резаные, а писма (подтверждающего отбытие срока тюремного заключения) у них не будет», их вести к воеводам, приказным людям, старостам, которые должны были их расспросить, писать о том государю, а «до государева указу» тех людей держать в тюрьме;

– до определения вида наказания в зависимости от количества совершенных преступлений. В соответствии с указом от 28 ноября 1682 г. если пойманный тать при допросе без пытки признавался в совершении одной кражи, то надлежало пока его не наказывать, а поместить в тюрьму на 2 недели. И если в указанный промежуток времени находились «челобитчики с уликами», обвиняющие его в совершении иных краж, то тогда вора должны были пытать, а только затем наказывать в зависимости от количества доказанных эпизодов (от 1 до 3 краж), где наказанием могли стать: ссылка, телесное наказание (битье кнутом), членовредительное наказание (отсечение руки), смертная казнь11;

– до исполнения основного наказания:

1. Смертной казни. Причины этой своего рода отсрочки могли быть различны:

1) для покаяния («а которые тати и розбойники доведутся казнити смертью, и их для покаяния посадити в тюрме в ызбу на шесть недель, и как им отойдут урочные дни, и таких татей и розбойников казнити»12). В.И. Сергеевич указывал, что после покаяния приговоренные к смерти допускались к причастию, и казнь назначалась на третий день после него. Причем если срок покаяния истекал в праздники или в день поминания царских особ, то казнь откладывалась13 .

Согласно новоуказанным статьям о татебных, разбойных и убийственных делах от 22 января 1669 г., внесшим изменения в гл. XXI Соборного уложения, приговоренным к смертной казни после оглашения приговора надлежало «поститься неделю до причастия Святых Таин, а по причастии Святых Таин, быти им два дни, а в третий день их вершить (казнить)» (ст. 86)14, то есть срок, необходимый для покаяния, снижался с шести до одной недели;

2) до поимки сообщников преступника («. и таких воров, для сыску товарыщев их, держать в тюрме полгода. А будет товарыщев их в полгода не сыщется, и тех воров после полугода казнить смертью»). В документе было указано, что свыше 6 месяцев держать в тюрьме приговоренных нецелесообразно, чтобы они от смертной казни не освобождались, то есть не забывали бы страха перед карой, и «безвинных бы людей не клепали»15.

Впоследствии указанное положение Соборного уложения развивается в Грамоте в Бежецкий Верх на Городец Игнатью Прохоровичу Сьянову от 4 октября 1667 г.: «А в тюрмах таких воров многое время не держать, чтоб такие воры не забывали страха Божия, сидя в тюрме, хотя избыть воровства своего, добрых людей напрасно не клепали, из тюрмы не уходили и не воровали б»16. В данном случае, помимо напрасного оговора «добрых людей», опасения власти вызывала возможность совершения заключенным побега и дальнейшее продолжение преступной деятельности. Возможно, эти опасения привели к тому, что срок содержания в тюрьме лиц, приговоренных к смертной казни, был снижен с шести до одного месяца: «А в тюрьмах тюремных сидельцов, татей и розбойников и убойцов и ведунов и всяких воровских людей больше месяца не держать, а после месяца велеть тех воров вершить в тех местах, где они воровали, или где они жили, чтоб на них смотря иным не повадно было так воровать» (ст. 123)17;

3) до момента рождения ребенка («а которая жонка приговорена будет к смертной казни, а в те поры она будет беременна, и тоя жонки, покаместа она родит, смертию не казнити, а казнити ея в те поры, как она родит, а до тех мест держати ея в тюрме.»18).

Таким образом, в Соборном уложении и последующих документах, наряду с неопределенными сроками тюремного заключения, применявшегося в качестве предварительной меры наказания, предусматривалась фиксированная его продолжительность: 2 недели, 6 недель (позднее – 1 неделя), 6 месяцев (впоследствии – 1 месяц) или до момента рождения ребенка, то есть максимально 9 месяцев.

2. Ссылки. Согласно указу от 1 июля 1699 г. предписывалось колодников (колодниками в указанный период называли подследственных заключенных19 из числа мастеровых и посадских людей ссылать в Азов «с женами и с детьми и с пожитками на вечное житье», а других, в том числе и холостых, не ссылать20 .

Несмотря на несоответствие основным целям наказания, закрепленным в общественном сознании, тюремное заключение упрочилось в карательной системе России ХVII в., реализуя собственные цели: изоляцию преступников и недопущение совершения ими новых преступлений. Тюрьмы выполняли функции учреждения, исполнявшего лишение свободы, места содержания под стражей и, возможно, транзитно-пересыльного пункта (в связи с необходимостью исполнения наказания в виде ссылки).

О прогрессивном развитии тюремного заключения во второй половине XVII в. свидетельствуют: расширение сферы его применения, определение конкретных сроков тюремного заключения, рассмотрение некоторых вопросов организации деятельности тюрем.


1 См.: Российское законодательство Х-ХХ веков. М., 1985. Т. 3: Акты земских соборов Соборное уложение: С. 83-257.

2 Соборное уложение Гл I. Ст. 7; Гл. III. Ст. 1, 2; Гл Х. Ст. 105, 135. Гл ХХI Ст. 42-43. Гл ХХИ. Ст. 3.

3 Там же. Гл ХХ! Ст. 9, 10, 16.

4 Полное собрание законов (ПСЗ) Российской империи. Собр. 1. СПб., 1830. Т. I. N° 562.

5 Там же. № 359, 458.

6 Спицнадель В.Б. Генезис уголовно-исполнительного права в контексте становления и эволюции пенитенциарной системы России: дис. … д-ра юрид. наук СПб., 2004. С. 18.

7 См.: Сергиевский Н.Д. Наказание в русском праве XVII века. СПб., 1887. С. 177.

8 Соборное уложение Гл. III. Ст. 1.

9 См.: Владимирский-БудановМ.Ф. Обзор истории русского права. СПб.; Киев, 1900. С. 347.

10 Соборное уложение Гл Х. Ст. 202; Гл. ХХ1 Ст. 38, 64.

11 См.: ПСЗ. Т. II. 1676-1688. Собр. 1. СПб., 1830. № 970.

12 Соборное уложение Гл. ХХ1 Ст. 34.

13 См.: СергеевичВ.И. Лекции и исследования по древней истории русского права. 3-е изд. СПб., 1903. С. 402.

14 ПСЗ. Т. I. № 431.

15 Соборное уложение Гл. ХХ1 Ст. 21.

16 Шумаков С. Губные и земские грамоты Московского государства М., 1895. С. 126.

17 ПСЗ. Т. I. № 431.

18 Соборное уложение Гл. ХХИ Ст. 15.

19 См.: ФойницкийИ.Я. Учение о наказании в связи с тюрьмоведением 3-е изд. СПб., 1889. С. 316.

20 ПСЗ. Т. III. № 1690.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *