Хозяйственная деятельность Вологодского архиерейского дома св. Софии в смуту

Elemis SHEIN Many GEOs

Автор: Башнин Н.В.
Журнал: Вестник Нижегородского университета им. Н. И. Лобачевского 2017

Исследование исторических явлений в эпоху Смуты затруднено по причине утраты многих документов в это неспокойное время. Поэтому одной из важных задач является выявление новых источников и выяснение полноты сохранности архива («казны») различных учреждений и лиц. Е.В. Старостин считал, что «история архивов Русской Православной Церкви» является важнейшим направлением современной исторической науки [1, с. 9, 11]. При этом ученый писал, что «историография архивов Русской Православной Церкви настолько молода, что можно говорить о ее полном отсутствии» [1, с. 12]. Выход в свет фундаментального труда М.С. Черкасовой об архивах Вологодского архиерейского дома св. Софии, монастырей и церквей Вологды и Вологодского уезда в значительной мере восполняет этот пробел [2]. Особый раздел в этом труде посвящен исследованию архива Вологодского архиерейского дома св. Софии [2, с. 86-100]. При рассмотрении документальной казны архиерейской кафедры М.С. Черкасова привлекла описи 1660, 1663, 1671, 1676, 1681, 1701 г. Она показала, что документы архиерейского дома за XV – начало XVII в. сохранились фрагментарно, причиной этому было польское разорение Вологды 2225 сентября 1612 г. В настоящее время выявлено 2 грамоты XV в., 17 – XVI в. Ситуация резко меняется в XVII в. За первую половину этого столетия известно 59 номеров, а за вторую -294 [2, с. 91-92]. Таким образом, введение в научный оборот новых документов эпохи Смуты из архива Вологодского архиерейского дома св. Софии расширит наше представление о документальном составе архиерейского архива и даст новые сведения о событиях, которые происходили в Русском государстве и Вологде.

Е.Н. Швейковская (Бакланова), М.С. Черкасова и Д.Е. Гневашев неоднократно обращались к источникам из архива Вологодского архиерейского дома св. Софии конца XV – начала XVIII в. [2-8]. На основании этих работ видно, что документальное наследие этой архиерейской кафедры за XVI-XVIII вв. очень обширно и рассредоточено по разным архивохранилищам – Российский государственный архив древних актов (далее – РГАДА), Научно-исследовательский отдел рукописей Российской государственной библиотеки, Отдел письменных источников Государственного исторического музея, Отдел рукописей Российской национальной библиотеки (далее – ОР РНБ), Архив Санкт-Петербургского института истории Российской академии наук (далее – Архив СПбИИ РАН), Государственный архив Вологодской области (далее – ГАВО), Сектор письменных источников Вологодского государственного историко-архитектурного музея-заповедника. Эти хранилища находятся в Москве, Санкт-Петербурге и Вологде, однако рукописи Вологодского архиерейского дома св. Софии хранятся еще в Новосибирске.

Как известно, акад. М.Н. Тихомиров собирал древние рукописи. Свою коллекцию он передал в дар Сибирскому отделению Академии наук СССР. Таким образом в Новосибирске в Отделе редких книг и рукописей Государственной публичной научно-технической библиотеки Сибирского отделения РАН (далее – ОРКР ГПНТБ СО РАН) оказалось собрание средневековых рукописей. Среди них хранится и наиболее ранняя приходо-расходная книга Вологодской кафедры 1612/13 г.: ОРРК ГПНТБ СО РАН. Собр. М.Н. Тихомирова. Ед. хр. 156. Л. 1-86. Подлинник. Рукопись описана: «Приходо-расходные книги Вологодского Софийского дома. В 40, на 87 листах, последний лист пустой. Водяной знак: кувшинчик одноручный с литерами «СНЬ». Скорописью 1612 г. Без переплета. Книга начинается словами: «121 октября в 6 день Софейские вотчины Лежского волока староста Томила платил…». Записи кончаются 11 июня 1613 г. Скрепа по листам: «Дияк Иван Ефанов» [9, с. 61]. В.С. Безроднов при описании кормовой книги Николо-Коряжемского монастыря из НИОР РГБ отметил, что «на л. II наклеен фрагмент текста с заголовком рукописи, при этом часть текста утрачена. В приложенной записке сотрудник Отдела рукописей РГБ Ю.Д. Рыков написал следующий восстановленный текст: «Книги приходные, венечной пошлины и разных сборов архиепископа Вологодского и Великопермского Сильвестра 7121 [1612/13] г.)» [10, с. 57]. В XIX в. приходо-расходная книга Вологодского архиерейского дома св. Софии 1612/13 г. хранилась в Епархиальном древлехранилище. Об этом говорят пометы Н.И. Суворова, сделанные карандашами (графитным, синим, красным, зеленым) и чернилами. Он подчеркивал и выписывал на полях интересующие его сведения о географических объектах, именах священников, тратах денег. Такие же пометы есть и на других приходо-расходных книгах архиерейской кафедры, которые ныне хранятся в ГАВО [11]. Вероятно, в первой половине XX в. приходо-расходная книга Вологодского архиерейского дома св. Софии 1612/13 г. попала на антикварный рынок и была приобретена М. Н. Тихомировым. На основании этого и других источников обратимся к хозяйственной деятельности архиерейской кафедры.

Вспомним о событиях Смуты в Вологде. Восшествие на престол Лжедмитрия I не коснулось вологжан. Однако после убийства самозванца в мае 1606 г. Вологда тоже оказалась втянута в борьбу различных группировок. В ноябре 1608 г. вологодский воевода Никита Пушкин целовал крест Лжедмитрию II и привел вологжан к присяге [12, № 219, с. 188]. Вскоре в Вологду приехал представитель этого самозванца Ян Поляк, которого вместе с панами вологжане за грабеж и самоуправство заточили в тюрьму [12, № 221, с. 188-189]. После этого город был укреплен и сформирован отряд ратных людей [12, № 221, 222, с. 188-189]. В апреле 1609 г. этот отряд участвовал в освобождении Ярославля, за что получил благодарность от царя Василия Шуйского [12, № 223-227, с. 190-192].

В это время Вологда стала центром по мобилизации сил в борьбе против «воров и изменников». Сам город укрепляли, на дорогах появились засеки, были выставлены сторожевые заставы [12, № 226, 227, с. 191-192]. Ф.Я. Коновалов полагает, что принятые меры усыпили бдительность вологжан и воевод, что и стало причиной легкого взятия Вологды 22 сентября 1612 г. [13, с. 4]. Широко известна красочная отписка архиепископа Вологодского и Белозерского Сильвестра, недавно ставшего Вологодским владыкой [14, стб. 731, 1015], в которой он сообщает московским боярам и воеводам о разорении Вологды [15, с. 249-251]. По словам этого иерарха, 22 сентября 1612 г. «с понедельника на вторник, на останошном часу ночи… польские и литовские люди, и черкасы, и козаки, и русские воры пришли на Вологду безвестно изгоном и город Вологду взяли, и людей всяких посекли, и церкви Божия опоругали, и город и посады выжгли до основания» [12, № 231, с. 195]. Стольник и воевода кн. Иван Одоевский сумел уйти, а окольничего и воеводу Григория Долгорукого и дьяка Истому Карташева убили. По признанию архиепископа Сильвестра, он был в плену «четыре ночи, и многажды приводили к казне», но потом его отпустили (не ясно, почему четыре ночи, ведь вражеские войска были в Вологде с 22 по 25 сентября). Судя по его отписке, Вологда была взята благодаря открытым воротам и отсутствию караула. Резюмируя, архиепископ Сильвестр написал крылатую фразу: «А все, господа, делалось хмелем, пропили город Вологду воеводы» [12, № 231, с. 195-196].

На основании приведенных сведений становится ясно, насколько тяжелыми были условия хозяйствования в Вологде и Вологодском уезде в Смуту. Несмотря на это, вологодские архиереи следили за соблюдением хозяйственных прав архиерейской кафедры, а порой добивались новых льгот и привилегий. Так, в 1606 или 1607 г. от ц. В.И. Шуйского архиепископ Иоасаф получил жалованную грамоту на Николо-Владычную слободу. Вскоре жители этой слободы получили и освобождение от платежа налогов и выполнения повинностей наряду с посадскими тяглыми людьми, но грамота сгорела. И после сожжения Вологды 22-25 сентября 1612 г. крестьяне Николо-Владычной слободы били челом архиепископу Сильвестру о содействии в восстановлении их привилегий [2, с. 341].

Обратимся к приходо-расходной книге 1612/13 г. Первые записи в этом документе начинаются 6 октября 1612 г. Традиционно документы такого вида заканчивали 31 августа и начинали с 1 сентября, поэтому полагаю, что в пожаре сгорели приходо-расходные книги за предыдущие годы и недавно начатая книга. А дошедшую до нас рукопись вновь начали вести после ухода вражеских отрядов. В этой приходо-расходной книге содержатся сведения о доходах и тратах архиерейской казны, которые свидетельствуют о жизни людей после разорения Вологды.

Сведений непосредственно о пожаре в приходо-расходной книге нет. Исключение составляет только одна запись от 23 ноября 1612 г. о покупке на 17 алтын «горелово» серебра [16, л. 7]. Из другой отписки архиепископа Сильвестра известно, что во время разорения города было убито 49 «попов и дьяконов» [12, № 234, с. 197]. В приходо-расходной книге содержатся сведения о тратах на погребение только одного человека. Подьячий Денис, вероятно, был ранен «ворами», а потом скончался. По указу архиепископа Сильвестра его вдова Антонида 10 декабря получила 10 алтын «мужа погрести» [16, л. 11].

Сведения о хозяйственной деятельности архиерейского дома в 1612/13 г. и денежных тратах сгруппированы в следующих разделах.

Строительные работы. Первое свидетельство о приведении построек в порядок после пожара и разорения зафиксировано 15 октября 1612 г., когда за 4 алтына 2 деньги были куплены три «окончины слудяных». Новые здания покупали и строили сами. Об этом свидетельствуют следующие сообщения: 15 октября за 6 рублей купили «избу еловую в городе»; 7 ноября на 12 рублей купили «струбы на избу да двацать семь тесниц у площадного подьячево Перши Скулядина»; в этот же день у посадского человека Кондратия Павлова сына Окишева за 10 рублей с полтиной был куплен амбар [16, л. 1, 2, 5 об.]. Всего потрачено 28 рублей 4 алтына 2 деньги.

SHEIN Many GEOs Читай-город

Для прокладки мхом срубов и конопачения новых построек покупали сфагнум: 23 октября за 2 алтына приобрели 3 телеги «мъху»; 4 ноября было куплено «на трицать алтын мъху на избы да мху же куплено на гривну»; 10 ноября купили «на полполтины мху у церковного богословского дьячка у Дружинки». Для отделочных работ приобретали краску («сурик»), а также гвозди «черные» и правили старые. Для новых построек 20 и 23 ноября приобрели «большие и малые» замки и пробои [16, л. 2 об., 4, 5, 7, 7 об., 36 об.].

В декабре печник Томило Москвитин сделал «две печи на архиепископле дворе», за работу он получил рубль. Этот же печник в мае сложил печь «в большем подклете с выводною трубою», за работу получил два рубля. Устройство печного отопления было завершено 14 июня, когда за 14 алтын была куплена «доска железная новая, в большей подклетке к печи» [16, л. 13 об., 36, 37 об.].

В феврале и марте зафиксированы покупки значительного количества «драниц», предназначенных для покрытия крыш. Так, 20 февраля купили «шестьсот драниц четверику» за 25 алтын 2 деньги, затем «триста драниц шестерику» за 29 алтын; 6 марта – 150 «драниц шестерику», 7 марта 300 «драниц четверику», 200 шестерику; 29 марта приобрели 620 драниц «пятерику и шестерику и четверику» за рубль 16 алтын 5 денег [16, л. 24, 25, 25 об., 30].

Отметим и другие плотницкие работы: 2 марта для большой подклети купили 40 сосновых и еловых досок, три доски «дверных» и 6 «бревешок», вскоре приобрели три «слеги к онбару», 6 марта купили еще 5 досок «дверных». На построенном амбаре покрыли крышу. Для этих работ были куплены кровельные гвозди, а «мастеры» получили полполтины. 29 марта в амбаре сделали два окна. Приобретали различную фурнитуру: 30 марта купили две скобы «лухоных» к большому подклету, крюк и пробой; 3 апреля приобрели «к новым кельям» два крюка с пробоями в «обе дверины». Сохранились сведения о внутренней отделке помещений: 8 мая плотники сделали «в большей горнице нутро и двери и окна» и получили за это «полтретья рубля» [16, л. 24 об., 25, 27, 30, 30 об., 31 об., 32, 35].

В течение зимы 1612-1613 гг. заготавливали лес, а весной 1613 г. бревна начали корить. Зафиксированы траты на «скобленье» в мае трехсот бревен, а в июне – пятисот. 15 июня за 10 рублей 28 алтын 2 деньги на Рабанге купили «на дворовой замет 25 сороков лесу еловово пятерику». В начале лета за перевозку «острожных бревен» было заплачено 11 алтын 4 деньги [16, л. 35 об., 36, 36 об., 37, 37 об., 39, 39 об.].

Domino's Pizza

Плотники за строительные работы неоднократно получали деньги. Так, 13 ноября «мастером плотником от избы от дела» заплатили 29 алтын 4 деньги; 9 января плотник Василий Обросимов получил к «прежней дачи» еще один рубль; 30 марта «плотником от большево подклета и от чюлана от дела» дали 2 рубля 10 алтын [16, л. 6, 18, 30 об. – 31].

Таким образом, по нашим подсчетам, на строительство из архиерейской казны было потрачено около 60 рублей, что составляет около 11% дохода кафедры в 1612/13 г. (о доходе см. ниже).

О том, что во время пожара пострадали не только постройки, принадлежавшие Вологодскому архиерейскому дому, а и другие дома в Вологде свидетельствуют сообщения о новосельях у нескольких должностных лиц. На средства из архиерейской казны покупали продукты для подношений: 30 января было «послано к воеводе Григорию Григорьевичю Пушкину на новоселье колачей на гривну»; 8 февраля «дияку Петру Новокщенову на новоселье несено хлеб да колачей на четыре алтына на три деньги»; 7 марта купили на 7 алтын семги, которую отнесли «на новоселье князю Ивану Ивановичю Одоевскому» [16, л. 21 об., 22 об., 25 об.].

Ремонт собора св. Софии. От пожара и грабежа пострадал кафедральный собор во имя св. Софии. Сведения о ремонте этого храма в приходо-расходной книге лаконичны: 4 ноября 1612 г. «к церкви к Софеи» был куплен замок; 10 ноября каменщик Томил Москвитин получил рубль за то, что он «в церкви Софеи мост делал да олтарь поделывал»; плотник Данил получил полтину за то, что «делал в церкви Софеи брусье». Придел во имя Иоанна Предтечи, вероятно разрушенный и разграбленный, освятили 11 июня 1613 г. [16, л. 4, 5 об., 15 об., 37 об.]. В декабре 1612 г. священник Ждан и сын боярский Стефан Рагозин по указу архиепископа Сильвестра ездили в Спасо-Каменный, Корнильево-Комельский, Дионисиево-Глушицкий и Николо-Озерский монастыри. Им предписывалось для «строения церкви на Вологде Соборные Софии Премудрости Божия Слова и для освящения» привезти книги: «Евангилие напрестолное, Евангилие толковое, 2 Минеи месячных, Охтай, Треодь цветная, Треодь постная, Минея общая, Псалтырь, Часовник, Прологи полные, Измарагд, Устав, Служебники», а также богослужебную одежду: «семеры ризы с стихари, и поясы, и поручи, и патрахилвии, пять стихарей, уларей диаконских» и «два кадила взяти» [17, сст. 1]. Эти сведения красноречиво говорят о том, что кафедральный собор был сильно разорен. Сгорели или были похищены книги, священнические облачения и кадила. Оскверненную церковь, вероятно, заново освятили.

Архиерейское облачение. Из приведенной выше отписки Вологодского владыки известно, что архиепископ Сильвестр был в плену. Судя по всему, он лишился своего облачения и атрибутов архиерейской власти. Предположим, что какие-то одежды сняли с его плеч, а что-то было украдено из ризницы архиерейского дома. В ноябре и декабре 1612 г. зафиксированы следующие траты: в ноябре за алтын «посох архиепископль выкуплен»; 7 ноября делали пуговицы «на шубу на архиепископлю»; 8 декабря «на архиепископлю шапку» купили камки «двоеличные»; 10 декабря купили шелк «у архиепископли полсти круги нашивати»; в декабре протодьякон Иван «знаменил святыя на архиепископлю шапку», а также была сделана «архиепископля печать серебряная, пошло серебра двенатцать алтын», купили «плащ серебряной, на нем Спасов образ» за 9 алтын. Работы по изготовлению «шапки» и печати выполнялись серебряником Василием и его артелью, им заплатили 2 рубля 25 алтын. Наконец, 22 декабря в Ярославле была куплена «зендень тьмо-зелена на архиепископа» и 9 января приобрели «болван под архиепископлю шапку» за 7 денег [16, л. 2, 5, 10 об., 11, 13, 13 об., 14 об., 18].

Поездка архиепископа Сильвестра в Москву. Как известно, 26 октября 1612 г. Москва была освобождена от поляков и в ноябре были разосланы от имени князя Д. М. Пожарского и князя Д. Т. Трубецкого грамоты по многим городам с предписанием прибыть в Москву для выборов царя [18, с. 1-2]. Сведения о приезде гонца из Москвы в Вологду находим в приходо-расходной книге: «Ноября в 27 день приежжал с Москвы от бояр з богомольною грамотою, как государь Богу поручил Московское государство, Борис Семенович Дворянинов, дано ему по архиепископлю приказу три рубли денег да людем его дано две гривны» [16, л. 8]. Судя по следующим сообщениям источника, в Москву был приглашен архиепископ Сильвестр.

Предположим, что 30 ноября сын боярский Любим Столбицкий уехал провожать до Ярославля гонцов из Первопрестольной и одновременно разведал обстановку. Вероятно, после его возвращения через какое-то время в дорогу отправился и сам архиепископ Сильвестр. Точной даты отъезда Владыки в источнике не зафиксировано. Так, 29 декабря 1612 г. к «государю архиепископу Селивестру в келью» отнесли 70 рублей, а 12 января 1613 г. уже была «куплена бочка щучины живосольные к архиепископу к Москве». Предположим, что в январе 1613 г. Вологодский архиепископ уехал в Москву для участия в соборе.

Согласно недатированному черновику памяти архиепископа Сильвестра безымянному сыну боярскому, ему надлежало ехать в Успенский Песочный, Спасо-Каменный, Дионисиево-Глушицкий и Николо-Подольный монастыри, а также в Александрову пустынь на Кушту. В этих обителях необходимо было «выбрати ему на архиепископа Селивестра Вологоцкаго и Великопермскаго мерины кошевые, которые б были кормлены, и добры, ни стары не молоды, с санми, и хомуты, и вазжеми, и с веретищи, и рогожи, и с ужищи». Всего было указано взять 7 лошадей, «а итти тем монастырским лошадем под архиепископлим запасом к Москве» [19, сст. 1 об. – 2 об.].

Запись в приходо-расходной книге, свидетельствующая о возвращении свиты архиепископа, была сделана 8 февраля 1613 г.: «сыну боярскому Сидору Аврамьеву дано три рубли пять алтын полпяты деньги, что оне издержали собе на харчы, с Москвы едучи до Вологды дватцати дву человеком да на конской корм на сено и на овес 25 лошадей [16, л. 9, 15 об., 19 об., 22 об.].

21 февраля 1613 г. на царство был выбран Михаил Федорович Романов [20, с. 77-78], а 14 апреля еще на одном заседании собора было предложено принести присягу новому царю и написать «утверженную» грамоту [18, с. 2]. На обратной стороне этого документа восьмой стоит подпись Вологодского владыки Сильвестра с титулом «епископ Корельский и Ореский» [18, с. 75]. Такое титулование обусловлено тем, что этот иерарх после взятия шведами Орешка был вынужден покинуть этот город весной 1611 г. и был переведен в Вологду, в которой к этому времени не было правящего архиерея. Предыдущий архиепископ Иоасаф II скончался 3 июня 1609 г. [14, стб. 731].

О пребывании архиепископа Сильвестра в Москве в течение зимы, весны и лета 1613 г. свидетельствуют следующие сообщения источника. Так, 15 февраля купили «на архиепископа к Москве рыбы семги… семнатцать пуд», «два ведра рыжиков малых». Для перевоза этих припасов к Москве был нанят извозчик, которого сопровождал Любим Столбицкий. 3 марта архиепископу в Москву купили «икры нелмушьи пуд», а 8 марта сын боярский Иван Аулов отправился к «государю архиепископу к Москве з запасом» и получил на дорогу «людем и лошадем на корм» 2 рубля 13 алтын 2 деньги. В Москву Вологодскому владыке отправляли не только продукты, но и деньги: 15 марта с Федором Денисьевичем Беседным переслали 30 рублей. Архиерейские дети боярские Борис Патрекеев и Иван Стефанов «с товарищи» вернулись в Вологду из Москвы 13 апреля. В июне к архиепископу отправили «полоть мяс свиных», пять лососей и «телегу-двоеколку» [16, л. 23 об., 24 об., 26, 26 об., 32 об., 33, 36 об., 37, 39]. Судя по всему, архиепископ Сильвестр в Вологду больше не вернулся. Архиепископом Вологодским и Великопермским летом 1613 г. стал Нектарий. Он в конце июня 1613 г. приказал провести опись имущества архиерейской кафедры, а в начале августа уже просил ц. Михаила Федоровича о передаче в Вологодскую и Великопермскую епархию Двины, Ваги и Каргополя по причине разорения вверенной ему епископии [21; 2, с. 343, 344].

Кроме приведенных выше сведений приходо-расходная книга 1612/13 г. содержит обычные для этого вида документа данные: записи о выдаче жалованья, о покупке продуктов «про обиход» (рыба, мед, масло и т.д.), о приобретении мелких вещей (сапоги, скатерть, ткани и проч.). Несмотря на разорение Вологды и архиерейского дома, традиции остались в силе. Так, на Рождество Христово «в роздачю приказным» купили четырех зайцев и четырех гусей [16, л. 14 об.].

О военном положении Вологды в 1613 г. свидетельствуют данные о тратах, связанных с сопровождением: 18 апреля 1613 г. наняли казаков «провадити в село Ивановское ячмень, горох, коноплю, дано им полполтины, да от лотки два алтына дано». Военные также получали содержание: в июне 1613 г. «дано ясовулу Якову Поликарпову в корм на неделю с архиепископли вотчины и с прилуцкие четыре рубля девять алтын. В тех деньгах за их руками отпись взята. Да атаману Андрею Шилову с товарищы на неделю» [16, л. 33, 39 об.].

Бюджет Вологодского архиерейского дома св. Софии в 1612/13 г. пополнялся за счет следующих статей:

  1. различные сборы (кортомные деньги, возвращение заемных денег, продажа меринов и «лежалой икры» и др.), «всего октября с 6-го числа да июня по 8-е число в приходе» 80 рублей 6 алтын 4 деньги, что составляет 14.17% от общей суммы дохода;
  2. венечные пошлины «октября с 10-го числа июня по 25 число в приходе» 43 рубля 25 алтын, что составляет 7.73% от общей суммы дохода;
  3. церковная дань «октября с 29 числа июня по 24-е число в приходе» 374 рубля 30 алтын «полтрети денги», что составляет 66.25% от общей суммы дохода;
  4. сбора денег со священников «на дворовую поделку», «и всего ноября з 6 число июня по 11-е число» 67 рублей 3 алтына 2 деньги, что составляет 11.85% от общей суммы дохода.

По нашим подсчетам, всего было собрано 565 рублей 31 алтын 4 деньги (100%), что незначительно расходится с итогом казначея: «И всего архиепискупа Селиверста Вологодцкого и Великопермского данных и венечных пошлин и дворовую поставку всяких денежных доходов в приходе по книгам казначея попа Никона пятьсот шестьдесят пять рублев тритцать два алтына с полденьгою» [16, л. 85 об. – 86].

В заключение отметим, что в условиях Смуты и разорения Вологды архиерей опирался на церковно-приходскую сеть своей епархии (более 66% дохода – это церковная дань). Несмотря на разорение уезда и рейды «воров», пополнение бюджета Вологодского архиерейского дома св. Софии происходило своевременно и покрывало текущие расходы на строительство после пожара, поездку в Москву и др. В целом приходо-расходная книга 1612/13 г. и другие документы свидетельствуют о том, что даже в тяжелые годы жизнь простых людей в Вологде и Вологодском уезде не замирала: в церквях крестили детей, венчались, отпевали усопших. Со значительной долей уверенности можно предположить, что логика повседневной крестьянской жизни и стала фундаментом для преодоления Смуты, народ оказался невосприимчив к разрушительным процессам, бушевавшим в элите Русского государства.


Список литературы

1. Старостин Е.В. Архивы Русской Православной Церкви (X-XX вв.). М., 2011.

2. Черкасова М.С. Архивы вологодских монастырей и церквей XV-XVII вв.: исследование и опыт реконструкции. Вологда, 2012.

3. Бакланова Е.Н. (Швейковская Е.Н.) Крестьянский двор и община на Русском Севере. Конец XVII – начало XVIII в. М., 1976.

4. Гневашев Д.Е. Двор Вологодского архиепископа в XVII в. // Региональные аспекты исторического пути православия: архивы, источники, методология исследований: Материалы межрегиональной научной конференции, Вологда, 20-21 июня 2000 г. Историческое краеведение и архивы. Вып. 7. Вологда, 2001. С. 139-149.

5. Гневашев Д.Е., Черкасова М.С. Великокняжеские и царские жалованные грамоты Вологодскому архиерейскому дому ХVI – начала ХVII в. // Историческое краеведение и архивы. Вып.18. Вологда, 2011. С. 3-24.

6. Гневашев Д.Е., Черкасова М.С. Жалованная грамота царя Михаила Федоровича вологодскому архиепископу Нектарию 1614 г. // Исторический архив. 2013. № 1. С. 151-167.

7. Черкасова М.С. Архиерейские окладные книги как источник по землевладению и народонаселению в XVII в. // Актуальные проблемы аграрной истории Восточной Европы X-XXI вв.: источники и методы исследования: Материалы XXXII сессии симпозиума по аграрной истории Восточной Европы / Отв. ред. Е.Н. Швейковская; Ряз. гос. ун-т им. С.А. Есенина. Рязань, 2012. С. 133-147.

8. Черкасова М.С. Источники по истории Вологодско-Пермской епархии ХVI – первой четверти ХVII в. // Исследования по истории средневековой Руси. К 80-летию Юрия Георгиевича Алексеева. СПб., 2006. С. 202-213.

9. Тихомиров М.Н. Описание Тихомировского собрания рукописей. М., 1968.

10. Безроднов В.С. Вкладная и кормовая книга Коряжемского Никольского монастыря // Вестник церковной истории. 2011. № 1/2 (21/22). С. 56-116.

11. ГАВО. Ф. 948. Оп. 1. Ед. хр. 6.

12. Старая Вологда. XII – начало XX в.: Сборник документов и материалов. Вологда, 2004.

13. Коновалов Ф.Я. О Вологде и вологжанах // Старая Вологда. XII – начало XX в.: Сборник документов и материалов. Вологда, 2004. С. 3-16.

14. Строев П. М. Списки иерархов и настоятелей монастырей российской церкви. СПб., 1877.

15. Бунаков Н. Историко-статистические материалы. Вологда в начале XVII в. (продолжение) // Вологодские губернские ведомости. Часть неофициальная. 1857. № 36. С. 249-251.

16. ОРРК ГПНТБ СО РАН. Собр. М.Н. Тихомирова. Ед. хр. 156.

17. ОР РНБ. Ф. 532. Оп. 1. Ед. хр. 283.

18. Утверженная грамота об избрании на Московское государство Михаила Федоровича Романова / Сост. С.А. Белокуров. М., 1906.

19. ГАВО. Ф. 1260. Оп. 1. Ед. хр. 17.

20. Павлов А.П. «Совет всея земли» и избирательная борьба в 1613 г. // Смутное время и земские ополчения в начале XVII века. К 400-летию создания Первого ополчения под предводительством П.П. Ляпунова: Сб. трудов Всероссийской научной конференции. Рязань, 2011. С. 77-78.

21. Архив СПбИИ РАН. Кол. 117. Оп. 1. Ед. хр. 19.

Читай-город

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *