«Копейный бой» русской поместной конницы в эпоху Ливонской войны и Смутного времени

Автор: Курбатов О.А.
Журнал: История военного дела: исследования и источники 2013

На наш взгляд, можно утверждать, что с середины XV столетия происходит так называемая «ориентализация» московской конницы, выразившаяся как в изменении тактических форм боя, так и в модернизации всего комплекса снаряжения коня и всадника. «Съёмный» («суимный») или рукопашный бой на копьях, мечах и прочих видах ручного оружия существенным образом уступает место «дальнему бою» из луков — основному виду противоборства с кочевниками-татарами. В качестве способов боя русских всадников в источниках наиболее часто упоминается массированная стрельба из луков целыми полками и «травля» — гарцовка передовых наездников, также активно применявших «лучный бой». Соответственно, «саадак» — комплект вооружения, состоящий из лука в налуче и колчана со стрелами, — становится неотъемлемой частью снаряжения «полковых людей», рядовых бойцов полков поместной конницы, то есть, и самих детей боярских, и их боевых холопов. Огнестрельное оружие в качестве полноценной альтернативы этому комплексу вооружения приходит только в эпоху Смутного времени и даже позже, с распространением удобных для всадника карабинов и «пищалей езжих». Пистолеты же, по причине их малой дальности стрельбы, закономерно считались оружием ближнего, «короткого боя1. Читать далее

«Большая игра» в Восточной Европе: Тульская экспедиция Девлет-Гирея I летом 1552 г. И начало «Войны двух царей»

Автор: Пенской Виталий Викторович, Пенская Татьяна Михайловна
Журнал: Золотоордынское обозрение 2019

В июне 1552 г. под стенами Тульского кремля, возведенного к 1520 г., произошли события, которые имели весьма важное для последующей истории Восточной Европы значение. Грохот артиллерийской пальбы возвестил о начале «Войны двух царей» – русского Ивана IV и крымского Девлет-Гирея I, – конфликта, который растянулся на долгих двадцать пять лет и, по большому счету, коренным образом изменил политическую ситуацию в Восточной Европе.

В самом деле, эта необъявленная война (позднее крымский хан писал в Москву, что де «яз с тобою, братом своим, временем бранилися, а временем и мирились», предлагая смотреть на происходящие события как на нечто обыденное и вполне заурядное) оттянула на себя колоссальные ресурсы Русского государства. Знаменитая фраза из «Записок о Московии» С. Герберштейна, та самая, в которой говорилось о том, что московский государь «ежегодно по обычаю ставит караулы [в местностях около Танаиса и Оки] числом в двадцать тысяч для обуздания набегов и грабежей со стороны перекопских татар» [6, с. 241], в большей степени отражала реалии эпохи именно «Войны двух царей», нежели времен Василия III. Читать далее

Экспедиция Федора Дьякова (К предыстории основания Мангазейского острога)

Автор: Я. Г. Солодкин
Журнал: Вестник «Альянс-Архео» 2020

Сооружению «государева острога» в бассейне Таза, вероятно, в последние недели 1600 г., предшествовала, как мы узнаем из нескольких редакций Сибирского летописного свода (далее — СЛС), «посылка» Федора Дьякова (Диакова) «проведать» Мангазею.1

В самой ранней среди этих редакций — Книге записной (далее — КЗ) — сказано об отправке царем Федором Ивановичем в 7106 (1597/98) г. в Сибирь воеводы Дьякова;2 вместе с ним из Тобольска в «Мангазейскую землю», чтобы «под государскую высокую руку тамошних людей3 призвать, и ясак с них собрать», выехали целовальники Захар Яковлев Устюжанин и Докучай Иванов, являвшиеся торговыми людьми. Воевода и его спутники, «призвав» местных жителей «на государское имя», взяли с них «первый ясак», который привезли в Москву в 7108 (1599/1600) г. (140).4 Приведенный рассказ5 читается и в Миллеровской редакции (далее — МР) СЛС, причем с указанием на «преставление» З. Яковлева в 7108 г. (191, примеч. 20-23).6 Думается, создатель этой редакции свода в данном случае полнее передал текст протографа «Описания о поставлении городов и острогов в Сибири по взятии ее…», нежели анонимный автор КЗ.7 Сообщение о сопровождавших Дьякова в «Мангазею и Енисею» тобольских целовальниках, которое, скорее всего, имеет документальную основу,8 склоняет к мысли, что указанный протограф представлял собой летопись, сложившуюся в «царствующем граде» Сибири.9

Читать далее

Международные династические проекты в России времен царствования Фёдора Иоанновича

Автор: Черникова Татьяна Васильевна
Журнал: Россия и современный мир 2020


Смутное время в России – трагическая и во многом поворотная эпоха отечественной истории. Если понимать Смуту как первый системный кризис Московского государства1, принявший после стихийных бедствий и голода 1601-1603 гг. форму гражданской войны, отягощенной иностранным вмешательством, то хронология Смуты включит время от кончины Ивана Грозного в 1584 г. до завершения интервенции, а точнее, войн России с двумя соседними державами – Речью Посполитой (боевые действия 1609-1618 гг.) и Швецией (оккупация Новгородчины, походы на Псков 1610-1617 гг.).

Самым благоприятным периодом оказалось царствование государя-богомольца Фёдора Иоанновича (1684-1698), когда трудами его шурина Бориса Годунова вырисовывалась перспектива выхода из системного кризиса. Определенную роль в поисках стабилизации системы верховной власти и международного положения России, просевшего в результате проигранной Ливонской войны, сыграли тайные и явные планы создания династических союзов с западными монархическими фамилиями. Реконструкции таких проектов будет посвящена наша статья. Мы попытаемся уйти от привычных для отечественной исторической традиции стереотипов, в частности от чисто негативной оценки планов оппонентов Годунова – придворной «партии» бояр-княжат. Читать далее

Несостоявшийся союз: российско-иранские отношения накануне смутного времени в иранской и российской историографии

Автор: Андреев Артем Алексеевич, Екатерина Петровна Писчурникова, Сергей Евгеньевич Костиков
Журнал: Новое прошлое / The New Past 2020

Введение

На эпоху Сефевидов пришлось становление регулярных дипломатических отношений Ирана с Русским царством. Персидские шахи Тахмасп I (1524-1576), Мохаммад Ходабанде (1578-1587) и особенно ‘Аббас Великий (1588-1629), подобно Ивану IV Грозному (1533-1584), вели борьбу с внутренними и внешними противниками за единство и укрепление своего государства. XVI в. – эпоха премодерна, которая принесла правителям России и Ирана возможность получать относительно подробную информацию о делах соседних государств и планировать свои шаги на проявляющейся политической карте мира. С другой стороны, мобилизационные способности государственных образований того времени, уровень развития бюрократической системы и средневековые коммуникации ограничивали потенциал практической дипломатии, ее комбинирования с военными кампаниями и экономической деятельностью. Читать далее

«С кабаком и скоморохами»: девиантное поведение русского человека XVI-XVII вв. в церкви и во время религиозных праздников

Автор: Сукина Л.Б.
Журнал: Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: История России 2008

XVI—XVII вв. — время формирования в Русском государстве «предписанного» православия, когда в документах светской и церковной власти были закреплены нормы благочестия, определяющие порядок взаимоотношений рядового человека с православной верой и церковью. В «Домострое» — нравственно-учительном сборнике, составленном в Новгороде в конце XV — начале XVI в., и переработанном в середине XVI в. в Москве при участии духовника Ивана IV Сильвестра с учетом Стоглава, праведником считается тот, «… кто по Бозе живет, и по заповеди Господне, и по отеческому преданию, и по християнскому закону …» (1). Постоянно растущее количество храмов, благолепие их убранства, увеличивающиеся размеры вкладов в церкви и монастыри свидетельствуют о том, что стремление к «житию праведному» было насущной потребностью людей того времени, желавших обеспечить себе и близким вечное блаженство на небесах. Читать далее

Источники уголовно-судебного права Московского государства (XV-XVII вв.)

Автор: Стус Нина Владимировна
Журнал: Юридическая наука и практика: Вестник Нижегородской академии МВД России 2014

Вопрос об источниках уголовно-судебного права Московского государства, казалось бы достаточно исследованный в отечественной историко-правовой науке, имеет большое значение для изучения генезиса судоустройства и уголовного судопроизводства России. В ряде работ, посвященных этому периоду, основное внимание уделяется кодифицированным актам того периода, но не менее важны и другие, занимающие особое место в системе источников уголовно-судебного права. Рассмотрим их более подробно. Читать далее

Ярославль и Ярославский край в латиноязычных источниках XV-XVI вв

Автор: Кочешков Геннадий Николаевич, Аграфонов Пётр Геннадьевич
Журнал: Вестник Костромского государственного университета 2020

Ярославский край является предметом интереса иностранных авторов с эпохи раннего Средневековья до начала XXI века. Так, в XVIII веке различные аспекты истории, культуры и хозяйства края исследовали так называемые «русские иностранцы» [Кочешков, Аграфонов: 8-13]. В XV-XVI веках Ярославский регион оказался в центре внимания иностранцев, писавших свои работы на латыни.

Читать далее

Чебоксарский град (Веда Суар) в XVI-XVII столетиях

Автор: Назарова И.В.
Журнал: Известия Казанского государственного архитектурно-строительного университета 2014

Морфология города Чебоксар восходит к XIII веку. Согласно археологическим данным, на месте Чебоксар размещался булгарский город Веда Суар, возникший на рубеже XIII-XIV столетий. Кроме того, предшествующее городу поселение в данной области датируется X-XI вв. [1]. Графические источники Фра-Мауро 1459 г. в виде карты для португальского короля Альфонса V также изображают на месте Чебоксар город с названием Веда Суар. Более ранние карты венецианцев Франциска и Доминика Пицигани 1367 г. и третья карта атласа Каталинского 1375 г. показывают здесь же город без указания названия [2]. По сему, возникновение Чебоксар определяется задолго до его упоминания в русских летописях в 1371 и 1469 гг. Так, описывая княжеское путешествие Дмитрия Иоанновича в орду к Мамаю в 1371 г., источники гласят: «ночевали на Чебоксаре, а отъ Чебоксара шли день и ночь и пришли подъ Казань на ранней заре». Позднее, в 1557 г, Чебоксары («Шубар-Кар» – город «шубашов» или суваров) описываются в виде новой русской крепости, возведённой на месте прежнего укреплённого града [3, с. 44; 4]. Читать далее

Институт воеводства в Тетюшах в последней трети XVI – XVII В. : численность, состав, управление

Автор: Пашина Екатерина Владимировна
Журнал: Ученые записки Казанского университета. Серия Гуманитарные науки 2020

В нестабильных политических условиях, сложившихся после завоевания Казанского ханства Русским государством в октябре 1552 г., во вновь образованных городах-крепостях Среднего Поволжья, к которым относились и Тетюши , необходимо было создать институт, напрямую подчиненный центральной власти и сочетающий одновременно военные и гражданские функции. Он получил название «воеводская система управления».

Начало воеводству на покоренной территории положил князь Семен Иванович Микулинский, назначенный на должность наместника Казани: «После низложения Шиг-Алея князь Микулинский был послан из Свияги в Казань с званием наместника» [1, с. 286]. И хотя князь прибыл в центр Казанского Поволжья не в качестве воеводы, однако возложенные на него функции заключались именно в решении военно-административных вопросов. Читать далее